Книга Фиктивная королева волков. Условия ставлю Я, страница 79 – Виолетта Вейл

Сана приехала до вечера вместе с судебным регистратором. В руках она держала опечатанную папку.

— Ада разрешила ознакомление, — сказала она. — Это моя незаконная копия трех страниц каталога. Она не доказывает, что платежи существовали, не подтверждает суммы и не заменяет подлинники. Если попытаешься сослаться на нее в суде, я лично ударю тебя книгой.

— Какой?

— Самой толстой из допустимых доказательств.

Мы работали при регистраторе. На копии стояли номера платежей «Северному щиту», ссылки на казначейские корешки и код старой мастерской, обслуживавшей Палату во времена Ардена. Содержание копии нельзя было предъявить, зато номера позволяли запросить официальные книги в казначействе.

Каждый номер мы переписывали не в общий запрос, а на отдельный лист. Если один окажется ошибочным, защита не сможет объявить весь поиск единым следствием незаконной копии. Казначейство должно было подтвердить существование корешка, дату и место хранения, не сообщая нам сумму заранее.

— Ты всегда так усложняешь себе работу? — спросила Сана.

— После твоей копии — да.

— Справедливо.

Первый ответ пришел до окончания ознакомления. Корешок существовал, но находился в закрытой книге пограничного ремонта. Второй номер относился к давно погашенному платежу. Третий стоял в книге возвратов, которую обычно не проверяли вместе с расходами.

Возврат привлек внимание. Деньги якобы не использовали и вернули в казну, однако через три дня та же сумма ушла серой мельнице под новым назначением. Получатель изменился, источник остался прежним.

— Содержание копии этого не доказывает, — напомнил регистратор.

— Поэтому запрашиваем обе официальные книги и человека, который провел возврат, — сказала я.

Сана убрала свои страницы обратно в папку. Дальше мы работали только с ответами казначейства. Ее нарушение подсказало, какие книги запрашивать. Основания для дальнейших действий должны были дать официальные документы.

На полях третьей страницы отец оставил пометку о рабочем футляре: «Пробник хранить отдельно от дела».

— Поэтому обыск, — сказала Сана. — Они решили, что пробник в доме.

— Или уже знают, что футляр пуст, и хотели убедиться.

— Эрик мог использовать такой же футляр для пробного корпуса.

Я составила запрос на платежные корешки и ходатайство о полном доступе к военному архиву. Для второго требовалось вызвать Рейнара как свидетеля: он год хранил протокол отдельно от официального раздела, а затем использовал заверенную страницу на тайной встрече.

— Это будет выглядеть как удар после личной ссоры, — сказал Бран.

— Поэтому повестку выдает Ада, а вопросы регистрируются заранее.

— Король может заявить военную тайну.

— Может. Тогда отказ станет частью дела.

Я подписала ходатайство как сторона, а не клятвовед. Приостановленная лицензия больше не позволяла мне доказывать след чернил. Зато никто не мог запретить задавать вопросы и соединять официальные ответы.

Повестку доставили во дворец на закате.

Рейнар принял ее лично, расписался и не воспользовался правом потребовать переноса. На следующий день он должен был явиться в открытый суд как свидетель.

Глава 23. Поступок вместо обещания

Рейнар пришел в открытый суд без королевской цепи.

На нем был простой темный мундир, застегнутый до горла. Ссадину на плече после ночной погони закрывала повязка. У входа его сопровождал судебный пристав, потому что прямой доступ короля к материалам дела оставался приостановлен.