Книга Фиктивная королева волков. Условия ставлю Я, страница 97 – Виолетта Вейл

Черновиков с признанием и подробного плана не было. В огне исчезла часть бумаг, и суд не стал угадывать их содержание. Участие Северина подтверждали другие факты: матрицу пытались уничтожить в закрытой комнате при его присутствии; чрезвычайный приказ подала его канцелярия; предложение Леону носило его печать; путь трубки С-12 подтверждали подпись Остена, журнал мастерской и обрезок сердечника, спрятанный Эриком.

В дальнем углу печи нашли обгоревшие латунные застежки и фрагмент кожи с меткой АВ. Это объясняло кражу из моего дома, но не превращало футляр отца в доказательство его вины. Его использовали для перевозки или будущей подмены, а затем попытались уничтожить вместе с матрицей.

К утру сорокового дня у суда была цепочка, в которой ни одна находка не заменяла остальные.

Оставалось вынести решение до прекращения встречной печати.

Глава 28. Последнее условие

В последний день встречной печати я снова вошла в Зал короны.

Сорок дней назад меня пытались не пропустить через служебную дверь. Теперь у входа стояли регистраторы открытого суда и выдавали каждому желающему краткий перечень доказательств. Людей пришло столько, что часть скамей перенесли на площадь.

Временная корона все еще давала мне место второго трона. До заката оставалось несколько часов.

Рейнар сидел справа от Ады за столом свидетелей. Лекарь разрешил ему присутствовать при условии, что он не будет вставать без необходимости. Бран находился у дверей. Командование ему не вернули.

Северин пришел под судебной охраной.

Он сохранял спокойствие. Серый мундир был лишен знака первого хранителя, снятого на время разбирательства. Защитник разложил перед ним протоколы обыска, заключения экспертов и копии книг.

Ада начала с порядка, а не с общей речи.

Каждое обвинение рассматривалось отдельно.

Первое касалось подделки договора второго трона. Контрольный экземпляр и церемониальный оригинал показывали позднюю строку. Независимая экспертиза установила порядок слоев. Элина и камеристка подтвердили принуждение. Остен подтвердил передачу матрицы, а попытка уничтожить ее произошла в личной мастерской Северина при свидетелях.

Второе обвинение относилось к использованию отмененной ремонтной матрицы. Три старые выписки и полный протокол Ардена называли номер РС-17-44. Указ об отмене сохранился в трех независимых реестрах. Пробник Эрика, деформированный корпус из печи и свежие оттиски имели общий дефект. Состав стружки под заклепкой совпал с составом вкладки из корпуса, а следы резца на ее краю продолжали борозды на месте среза. Эксперты признали их частями одной металлической заготовки.

Три лаборатории работали всю ночь с отдельными микроскопическими соскобами. Упаковку вскрывали и закрывали при судебных регистраторах и представителе защиты. Каждая лаборатория представила собственный протокол до того, как увидела выводы двух других.

Третье соединяло платежи. Официальные корешки вели от пограничного сбора к «Северному щиту», серой мельнице и заказу Эрика. Уцелевшие записи выдачи бумаги повторяли те же номера, а пропущенные страницы сами по себе не использовались как доказательство содержания.

Четвертое касалось чрезвычайного приказа. На листе сначала поставили королевскую печать, потом напечатали текст и присоединили его старым ремонтным оттиском. Полкового писаря арестовали, половину жетона заменили. Предложение Леону описывало, кто получит власть после входа войск.