Книга Попаданка-врач: Нелюбимая жена хозяина завода!, страница 114 – Инесса Голд

Поверенный Бестужева поднялся.

— Вы рассчитываете на смягчение наказания в обмен на обвинение моего доверителя?

— Рассчитываю дожить до суда. Смягчат или нет, не мне решать.

— Кто приказал подменить антисептический раствор у Кирилла Нагорина?

— Фрол Чарский. Сказал, что Лукьян Аркадьевич требует задержать выздоровление Нагорина до приемки моста.

— Вы слышали это от самого Бестужева?

— Нет.

— Тогда это слова покойного, который не может подтвердить.

— От Лукьяна Аркадьевича я слышал другое. В его кабинете он сказал: «Если Нагорин перестанет считать балки, сын продолжит лечение». Это было за день до подмены.

Бестужев не повернул головы.

Евсей описал бутылку с разбавленной кислотой и сверток ткани. Настоящий раствор он вынес в подсобку, загрязненную перевязку положил в шкаф. Варвара вошла позже и пользовалась тем, что считала чистым.

— Ее подпись стоит в журнале, - напомнил председатель.

— Она подписала получение закрытого набора, - ответил Евсей. - Я сам поставил пломбу аптеки после подмены. Варвара Сергеевна не могла увидеть ткань, не вскрыв набор у больного.

— Почему вы не сказали раньше?

— Потому что был трусом. Не прошу записывать иначе.

Через двадцать минут Родион остановил вопросы. Евсей побледнел, пульс участился. Председатель хотел уточнить еще одну дату, но Антонина уже развернула кресло.

— Дату спросите завтра, - сказала она. - Сегодня он вам достаточно навредил и помог.

Никто не успел решить, имела ли она право. Евсея унесли.

Родион дал показания как хирург. Он привез свои записи о состоянии Кирилла после операции и телеграмму, задержанную по дороге. На момент, когда Варвара вызвала его, рана была тяжелой, но кровообращение сохранялось, явных признаков общего заражения не было.

— Мог ли пациент умереть без подмены материалов? - спросил член комиссии.

— Мог, - ответил Родион.

В комнате зашептались.

— Тогда обвинение аптекаря нельзя связать со смертью.

— Я сказал, что операция не давала гарантии. Она давала шанс. Резкое ухудшение после перевязки, местное нагноение и последующая лихорадка соответствуют внесению инфекции в рану. Разбавленный раствор не обеспечивал требуемой обработки, а ткань из гнойной палаты увеличивала риск многократно.

— Вы утверждаете, что именно эта ткань убила Нагорина?

— Я утверждаю то, что могу подтвердить: после операции пациент был стабилен; после перевязки подмененными материалами возникло быстрое заражение; иных событий в этот промежуток журналы не показывают. Назвать микроб по фамилии я не могу. Назвать нарушение, лишившее больного шанса, могу.

Это был ответ врача, а не удобного свидетеля. Я благодарила Родиона именно за границу, которую он не переступил.

Ульяна восстановила цепочку хранения. Аптечный набор принес помощник Евсея, поставил на чистый стол. Пломбу проверили, но внутреннюю ткань до перевязки не разворачивали. Данила подтвердил расход раствора и показал старую бутылку, найденную в пустом шкафу. Лабораторный анализ губернской аптеки установил: концентрация в ней значительно ниже той, что была указана на этикетке.

— Почему вы подозревали Варвару Сергеевну? - спросил следователь Ульяну.

Она поправила манжету.

— Потому что слышала их спор с Кириллом и видела ее подпись. Еще потому, что проще подозревать гордую хозяйку, чем аптекаря, который двадцать лет мерил детям капли от кашля.