Книга Пленница мертвого Двора, страница 82 – Элина Амори

— Но какую ценность представляешь именно ты? — Элистан навис надо мной и отвлек от мыслей о Маэлдуне. — Впрочем, время покажет. Отведите пока нашу драгоценную гостью в комнату отдыха, под стать смертной деве.

Потеряв ко мне всякий интерес, он отвернулся и принялся что-то вполголоса обсуждать со свитой. Я в одночасье стала для них пустым местом.

Я заставила себя подняться на онемевшие от волнения ноги. Ко мне шагнули двое слуг.

— Пошли, смертная.

— Амелия, — произнесла я холодно, расправив плечи. — У меня есть имя.

Пусть высокородные фэйри втаптывают меня в грязь, но терпеть унижения от прислуги я не стану. Слуга лишь презрительно хмыкнул, но спорить не стал.

Меня долго вели по темным, запутанным коридорам, уходящим все глубже в чрево дворца. Наконец втолкнули в комнату, больше похожую на чулан: тесную, пыльную, с клочьями паутины по углам и крошечным слепым оконцем под самым потолком.

— Ваши покои, госпожа Амелия, — издевательски протянул первый слуга.

Второй молча поставил на пол щербатый кувшин с водой. На узкой кровати не было белья, только голый, жесткий матрас. Здесь остро, до тошноты пахло въевшейся сыростью и плесенью.

Слуги вышли. Тяжелая дверь захлопнулась, и снаружи с лязгом провернулся ключ. Я осталась одна.

Стоя посреди этой больше похожей на темницу комнаты, я почувствовала, как к горлу подкатывает ком, а глаза жжет от подступающих слез. И даже больше не от страха, а обиды. Как легко и быстро я превратилась в бесправную пленницу. Да, я знала, что так и будет. Знала, что это лишь часть плана, что я играю роль. Но сейчас, стоя в ледяном полумраке, без тепла, постели и малейшей надежды на то, что кто-то придет на помощь, я ощутила себя по-настоящему брошенной.

Подойдя к узкому подоконнику, я забралась на него с ногами и обхватила колени. За мутным стеклом расстилался внутренний двор — серый, мертвый, залитый равнодушным лунным светом. Я открыла распахнула створки и впустила ночную свежесть в этот чулан.

Смотрела в темноту и думала о Талроне. О его сильных, ласковых руках, низком голосе. О том, как осторожно он заплетал мои волосы и как обещал: «Я буду ждать». Я вызывала в памяти его лицо, потемневшие глаза, мимолетную улыбку, и с каждым вздохом сковавший меня лед понемногу отступал.

А потом рядом у высокого дуба мелькнула тень.

На ветку бесшумно опустился крупный черный ворон. Он не каркнул, не захлопал крыльями, а просто сел и замер, уставившись на меня блестящими бусинами глаз. На его тонкой лапке тускло блеснуло знакомое золотое колечко.

Сердце споткнулось и забилось вдвое быстрее. Я подалась вперед, вцепившись в подоконник, чтобы ненароком не вывалиться. Хотелось заговорить с ним, спросить, все ли в порядке, попросить передать весточку... но я не решилась. Вдруг за дверью стоят охранники? Вдруг меня подслушивают?

Поэтому я просто молчала. Смотрела в черные птичьи глаза, а ворон не сводил взгляда с меня. Ужас и едкая обида послушно рассеивались. Холод, пробирающий до самых костей, терял свою остроту. Где-то глубоко внутри медленно распускалось тихое, согревающее чувство.

Все-таки я не одна.

Глава 39. Невеселое представление

Я не знала, сколько мы так сидели — минуту или час. Но когда ворон вспорхнул и бесшумно исчез в ночи, я уже не боялась засыпать в этой пустой мрачной комнате.