Книга Графиня с изъяном, страница 119 – Айлин Лин

Внутри стержней я создавала сложную начинку. Компактная батарея из разобранных накопителей, способная отдать всю энергию за секунды. Нагревательная спираль из тонкой проволоки, свёрнутая в тысячу витков. Простая электроника – приёмник моего мысленного сигнала и переключатель.

Первый стержень получился неидеальным – спираль нагревалась неравномерно. Пришлось переделывать, оттачивая конструкцию. Ко второму я приспособилась, с третьим работа пошла, как по маслу.

А вот «Громовой Свет» оказался в разы сложнее. Параболическое зеркало требовало математической точности, любое отклонение от идеальной формы рассеивало бы свет. Я работала микронами, полируя поверхность до зеркальной гладкости. В отражении металла я видела своё лицо, серое от усталости.

Оптическая лампа создавалась из кристаллов звездолёта. Материал был капризным, реагирующим на малейшие примеси. Наниты методично очищали кристаллическую решётку, убирая дефекты, атом за атомом. Эти кристаллы при мощном электрическом разряде должны были производить ослепительную вспышку, которую зеркало сфокусирует в смертоносный луч.

Сборка системы питания напоминала ювелирную работу. Конденсаторы размером с монету, но способные накопить энергию молнии. Провода тоньше волоса, но выдерживающие чудовищные токи. Один неверный контакт и вся работа пошла бы прахом.

К концу пятого дня я едва держалась на ногах. Энергия нанитов иссякала, организм требовал отдыха. Но результат стоил всех усилий: у моих ног лежали шесть смертоносных стержней и почти готовое грозное оружие света.

Глава 38

Каждый день, обычно перед сном я навещала Розалинду. Девушка, увы, не приходила в себя, но цвет лица и дыхание под действием магических настоек стали гораздо лучше.

Войдя в её комнату, я прошла к кровати больной и села на стул, стоявший рядом.

— Роза, – позвала я, не надеясь на результат.

И вдруг её ресницы дрогнули. Едва заметно, словно трепет крыльев мотылька. Я замерла, боясь поверить увиденному.

Её веки медленно, с видимым усилием, приподнялись. Взгляд подруги блуждал, не фокусируясь ни на чём, словно она была всё ещё где-то там.

— Роза? – шепнула я, наклоняясь ниже.

Её губы шевельнулись, но звука не последовало. Только едва различимый выдох. Она пыталась что-то сказать, но голос не слушался.

— Попей воды, – я схватила кружку, стоявшую на столике рядом, и, приподняв голову Розалинде, помогла ей сделать глоток.

Медленно, очень медленно, её взгляд начал проясняться. Глаза перестали блуждать и остановились на моём лице.

— Где… – хрипло прошептала она, голос был едва слышен. – Где я?

— Дома, – тихо ответила я, осторожно взяв её за руку, – в безопасности.

В её карих глазах промелькнуло недоумение и узнавание… Она моргнула несколько раз, будто боясь, что я – это всего лишь плод её воспалённого воображения.

— Гвен? – её голос дрожал. – Это… это правда ты? Или мне снится? – пробормотала она. Даже попыталась приподняться, но тут же застонала и откинулась на подушки; боль исказила тонкие черты лица.

— Правда, – я сжала её пальцы. – Не двигайся без нужды. Никто за тобой не гонится. Всё будет хорошо.

Слёзы потекли по её щекам.

— Я думала… думала, что умру в той степи…

— Больше никто не причинит тебе зла, – твёрдо сказала я. – Обещаю.