Книга Графиня с изъяном, страница 125 – Айлин Лин

Розалинда устало прикрыла веки, подумала секунду и медленно кивнула, соглашаясь.

— Кстати, – сменила тему Гвен, – когда наступит весна и дороги просохнут, я хочу съездить в аббатство Святого Милосердия.

Подруга удивлённо вскинула брови:

— Зачем?

— На их старой башне остался зрительный прибор. Помнишь, такой необычный.

— Тот, что иногда странно светится? – кивнула Роза.

— Да, он самый. Телескоп. Он весьма важен для меня. Для моей… силы. Мне нужно его забрать.

— Разве ты сможешь его унести?

— О да, – уверенно заявила юная графиня и заговорщически подмигнула.

Упоминание об аббатстве всколыхнуло в Розалинде волну воспоминаний. О серых стенах, первое время казавшиеся ей темницей. О тайных ночных беседах, о поддержке, о двух девочках, видевших в ней не дочь герцога и не разменную монету, а просто подругу.

— Пойду прогуляюсь, – вздохнула Роза, вставая, в этот момент длинный рукав платья приоткрыл её искалеченную кисть, отчего девушка смутилась и неловко одёрнула ткань, стремясь спрятать изъян. Гвендолин проследила за её движением, и её лицо снова стало серьёзным, почти суровым.

— Я могу это исправить, Роза, – тихо, но отчётливо произнесла она.

— Что? – не поняла та.

— Твоё запястье. Я могу его исцелить.

— Но лекарь сказал… он сказал, что кости срослись навсегда. Что уже ничего нельзя поделать.

— Обычный лекарь не может. Магические настойки тоже в этом случае бессильны. А я могу, – в голосе Гвендолин не было бахвальства. – Ты ещё немного окрепни и подумай над тем, что я тебе сейчас скажу… Чтобы всё поправить и поставить кость правильно, её нужно снова сломать.

Розалинда отшатнулась, её глаза сверкнули тёмным пламенем первобытного ужаса.

— Что?!

— Я должна буду сломать её снова, Роза, – терпеливо повторила Гвендолин, глядя подруге прямо в глаза. – А потом моя сила соединит кость правильно. Моё искусство восстановит ткани, жилы. Заживление займёт всего несколько дней, не месяцы. Будет очень больно. Но не во время операции, то есть процедуры, хм-м… не во время процесса ломания, а после. Придётся пить сильные обезболивающие настойки, и на пару дней ты утратишь связь с реальностью. Но когда всё закончится, твоя рука будет как новая. Я обещаю.

Девушка замолчала. В комнате повисла звенящая тишина, нарушаемая лишь треском поленьев в камине.

— Выбор за тобой, – добавила хозяйка дома. Её сильно изменившаяся подруга.

Розалинда смотрела на эту новую, пугающе властную молодую женщину и внутри неё боролись два чувства: звериный ужас перед очередной болью, и отчаянная надежда избавиться от увечья, которое каждый день напоминало ей об унижениях… о годах отвратительного рабства.

Довериться?

— Не буду тянуть с ответом. Я согласна, – решительно выдохнула Розалинда и… облегчённо улыбнулась. Несмотря на все перемены в Гвендолин, она заняла её сторону, не испугавшись многочисленных врагов, она одна ничего не попросила взамен за защиту, никакой платы за спасение.

Поэтому неважно, что таится в глубине изумрудных глаз, важно другое: какой бы могущественной ни стала Гвен, она единственная предложила ей шанс прожить новую, полноценную жизнь.

Глава 40. Резонатор

Поднявшись на крышу башни к Ловцу, я остановилась у каменного парапета. Отсюда открывался вид на серые воды пограничной реки и бескрайние степи за ней. Ветер трепал мои короткие волосы, пока я размышляла о том, как устроен этот мир. Почему король, за которым стоит многочисленная армия, обладающий несметными богатствами, позволяет степнякам безнаказанно терзать свои окраинные территории?