Книга Графиня с изъяном, страница 99 – Айлин Лин

— Она не ведьма! – звонко крикнул мальчик, заставив женщин вздрогнуть и резко обернуться. – Миледи Гвендолин добрая и справедливая! Она спасла нас всех от жуткой смерти!

Служанки уставились на худощавого мальчишку в полном ошеломлении.

— Ты чего добрых людей посредь ночи пугаешь, мелкий? – опомнившись, разозлилась Агата. – Не дорос ещё взрослые разговоры слушать! А ну, брысь отседава, пока по хребту ведром не заехала!

— Дорос-не дорос, какая разница? Я за честность, – не испугался Ян, ещё больше расправив костлявые плечи. – Мы бы все умерли от голода, если бы не миледи! А муж её совсем плохой человек, раз отослал леди Гвендолин умирать без лечебных настоек в Дол. Бросил её больную, без денег, без еды! Я видел, где она жила и что ела. А ещё все знают, что магов обижать и гневить нельзя! Потому я бы на вашем месте, тётя Агата, попридержал свой длинный язык, а то недолга его лишиться.

С этими словами Ян, гордо вскинув голову, направился к заднему входу, оставив потрясённых служанок переваривать услышанное. Про себя он думал о графине как о спасительнице, о доброй душе, которая не дала им всем опухнуть от голода в забытом всеми богами месте.

Для Яна леди Гвендолин была почти что святой.

Тем временем его отец, кузнец Томас, тихо беседовал со старостой Мартыном. За три дня они успели выспаться и теперь не могли уснуть, слишком много перемен обрушилось на их не так давно кажущуюся беспросветной жизнь.

— Говоришь, наша графиня одарённая? – шёпотом спросил Мартын, косясь на спящих вокруг людей.

— Да, я сегодня случайно подслушал, как это обсуждал смотритель со своим секретарём. Они оба вот ужо скока дней это переварить не могут. Мастер Годвин сказал, что руки миледи пылали синим пламенем. Свидетелей тому тьма: все слуги и воины замка, – кивнул кузнец, оглаживая бороду.

— Господи помилуй, – староста благоговейно осенил себя божьим знаком. – Не помню, когда последний раз в наших краях маг объявлялся. Один одарённый жил ажно при деде нынешнего короля. Колодцы чистил, реки наземные лечил, земле плодородие возвращал.

— Да-да. Магов закон особо защищает, – покивал Томас, понизив голос. – Они с подземными водами умеют работать, волшебная вода откликается на их зов и может наружу вытечь.

— А ещё их все до смерти боятся, – добавил староста с суеверным ужасом в голосе, но и с восхищением. – Говорят, гнев мага страшнее королевского. Может, и молнией ударить, и землю разверзнуть, и проклятие наслать.

— Тогда нам крупно повезло, – довольно усмехнулся кузнец. – Наша графиня добрая, справедливая. А вот степнякам, что на наши границы набегают, теперь несдобровать. Услышат, что у Леваньер маг появился – сами нас стороной обходить станут.

— Дай-то Господь, – горячо вздохнул Мартын. – Может, наконец-то и заживём по-человечески…

Оба замолчали, думая о будущем. Впервые оно не казалось им безнадёжно мрачным.

Маг – это символ защиты, это плодородие, это надежда.

— Лишь бы Его Величество не решил её у нас отобрать, – шепнул старик Грэг, приподнимаясь со своего места, давая понять, что подслушал их беседу.

— Молись, чтобы этого не произошло, – ответил ему Мартын.

Мужчины одновременно вскинули руки и начертали на груди защитный знак.

В полутьме зала раздавалось мирное сопение спящих людей. Жаровни тихо потрескивали, согревая воздух. За стенами выл холодный ветер, но здесь, под крепкой крышей, было тепло и безопасно. А завтра, возможно, их ждали ещё лучшие времена.