Книга Поцелуй победителя, страница 29 – Мари Руткоски

— Да.

— Саму девушку ты не видел.

— Верно.

— Но сказал, что она гэррани. Почему ты так решил, если не видел ее?

— Потому что она говорила на гэрранском.

— На чистом гэрранском?

— Да.

— Без акцента?

— Да.

— Опиши ее руку.

— Я не уверен…

— Начни с кожи. Ты сказал, она была более бледной, чем у нас с тобой.

— Да, как у домашней рабыни.

То есть примерно как у валорианки.

— А предплечье ты не видел? Или хотя бы запястье…

— Запястье — да, теперь вспомнил. Руки у нее были закованы. Я видел кандалы.

— А рукав платья ты не видел?

— Не уверен. Синий, вроде.

В душе Арина забурлил ужас.

— Вроде или точно?

— Я не знаю. Все случилось слишком быстро.

— Прошу тебя! Это важно.

— Я не уверен. Не хочу ненароком соврать.

— Ладно, ладно. Рука была правая или левая?

— Не знаю.

— Может, еще что-нибудь помнишь? Не заметил ли ты кольца или печатки?

— Не видел, но…

— Да?

— Помню родинку. Возле большого пальца. Вроде маленькой черной звездочки.

— Арин. — Рошар на секунду зажмурился, потом уставился на друга. В глазах принца читалась смесь легкого отвращения с изумлением. Так смотрят на уродцев — вроде животных, рожденных с двумя головами. — Это звучит…

— Мне все равно, как это звучит.

— Ты уже сочинял такие теории.

— И был прав, но не доверял самому себе. Она солгала, а я попался. Зря я ей поверил.

— Арин, она умерла.

— Покажи мне тело.

— Серьезно говорю, ты меня пугаешь.

— Солдаты мне не нужны. Я поеду в тундру один.

— Я не об этом.

— Знаю. Но все равно поеду.

— Ты не можешь бросить все в разгар войны и отправиться на охоту за призраком!

— Я вернусь.

— Тундра принадлежит Валории. Ты понимаешь, что будет, если тебя поймают? Они сразу поймут, кто ты. Шрам…

— Ты справишься и без меня, сам говорил.

— Да я же пошутил!

Арин вручил Рошару чертежи миниатюрной пушки — копию тех бумаг, что он отдал Сарсин.

— Я попросил кузину проследить за производством орудий. Гэррани еще слишком слабы, чтобы сражаться, но для того, чтобы изготовить такие пушки, много сил не нужно. Пусть детали механизма делают разные люди. Ядра можно доверить даже старикам. Если начать сейчас, то к моему возвращению у вас уже будет готов небольшой арсенал.

— И ты вот так просто отдаешь мне чертежи?

— Я давно должен был это сделать.

— Ты ведешь себя, как человек, который готовится покончить с собой.

Арин покачал головой:

— Самоубийство — это недостойная смерть.

Рошар выпрямился во весь рост, скрестил руки на груди и постучал пальцами по мускулистым плечам.

— Я могу удержать тебя силой. У нас в стране есть закон, требующий оказывать помощь сумасшедшим, не давая им навредить себе.

— Ты и впрямь можешь мне помочь.

— Боюсь даже спрашивать чем.

— Одолжи мне свое кольцо.

Тундра была окутана белой дымкой. Сапоги мгновенно пропитались грязной жижей. Спрятавшись за низеньким кустом, Арин разглядывал через подзорную трубу колонну узников — темные фигуры, которые возникли из-за скал у подножия вулканов. Он всматривался в каждого, стараясь не пропустить никого, но лица Кестрель так и не увидел. Слишком густым был туман. Вереница заключенных скрылась за воротами лагеря, которые тут же захлопнулись.

Арин дождался ночи. Резко похолодало, вдалеке раздался вой. Илиан, посланник, который принес весть о Кестрель, предупреждал о волках. Он помог Арину добраться до тундры так, чтобы никто не заметил их с валорианской дороги. Днем они спали, а передвигались ночью. Теперь Илиан остался ждать у неглубокого озера вместе со всеми припасами и тремя лошадьми.