Книга Спасти СССР, страница 46 – Николай Марчук

Но даже эти люди, прожженные, черствые и бесчувственные «псы войны», увидев результаты «веселья» гумьеров, были поражены.

Гумьеров и зуавов в плен не брали, их раненым помощь не оказывали, добивали на месте. Не хрен этих выродков жалеть. По итогу городских боев простые моандцы встречали штурмовиков «Вольных стрелков» не как захватчиков, а как освободителей. Мы действительно освободили Моанду, а не захватили город.

Паспарту прибыл в город вечером седьмого сентября, встретился с жителями, пообещал им, что Кабинда позаботится о населении Моанды, поможет отстроить все разрушенное заново, восстановит сгоревший нефтераспределительный комплекс, даст всем горожанам достоянную работу и ее оплату… надо только провести референдум и проголосовать за вхождение в состав СРК. На все расспросы гражданских о их будущем в связи с возможным вхождением Моанды и его окрестностей в состав Свободной Кабинды, в плане проявления агрессии и мести со стороны Киншасы, Паспарту уверенно заявлял, что СРК защитит их, не даст в обиду, и вообще, заграница нам поможет. А тут еще подъехала колонна грузовиков с халявной гуманитаркой, в общем все сомнения были отброшены и на ближайшие выходные было запланировано проведение общегородского референдума, где будет только один вопрос: «Согласны ли вы, чтобы город Моанда в пределах от границы с СКР до реки Конго вошел в состав Свободной Республики Кабинда?»

Я прибыл в Моанду вместе с Паспарту, на месте был проведен недолгий военный совет, где решался вопрос о дальнейшем ходе боевых действий. Идти сразу на город Бома или сперва зачистить Китону, которая оставалась не тронутой?

Часть военных подразделений Заира вчера отступили из аэродрома Моанды в Китону, пройдя по заболоченным джунглям многокилометровый марш. По радиоперехватам было понятно, что в Китоне скопилось несколько тысяч военных Киншасы, у которых при себе лишь личное стрелковое оружие и ограниченный БК, тяжелого вооружения нет совсем, из техники лишь легкие бронеавтомобили с пулеметами.

Все тяжелое вооружение, склады амуниции, боеприпасов и снаряжения остались в Моанде. Там же осталась боевая техника и артиллерия заирцев. Конечно, много было уничтожено во время боев, что-то заирцы сожгли при отступлении, но все равно тот объем трофеев, что нам удалось захватить, впечатлял: тысячи бельгийских штурмовых винтовок FN FAL, сотни пулеметов FN MAG, снайперские винтовки, пистолеты-пулеметы, радиостанции, ПЗРК, зенитки, минометы и артиллерия разного калибра, два танка Тип-59, три колесных французских танка, бронемашины, вездеходы, самоходные орудия, армейские грузовики, унимоги, джипы и целые горы БК, амуниция, военная форма и прочее другое армейское имущество. Хватило бы вооружить дивизию полного состава.

К сожалению все самолеты, находящиеся в этот момент на взлетном поле, были сильно повреждены осколками. Но ничего, думаю, специалисты смогут разобрать их на запчасти, а может и вовсе восстановят.

Удивительно, что, имея такой запас, заирцы предпочли сдаться. А все почему? Да потому, что боевой дух в их армии был на очень низком уровне, простой заирец не понимает, почему он должен воевать в угоду Мобуту Сесе Секо. При этом у них нет даже мотивации воевать за родную землю, все-таки провинция Нижнее Конго, где расположился город Моанда, была на заирской земле. Но заирские солдата не хотели за него умирать, а «Вольные стрелки», у которых и родины-то своей не было (пока не было), стояли насмерть или отчаянно шли на вражеские пули. А почему? Да потому, что боевой дух в ЧВК «Вольные стрелки» – это первое, что воспитывают у новобранца в учебке.