Книга Спасти СССР, страница 65 – Николай Марчук

Патроны закончились, я рванул из кобуры пистолет и разрядил в ближайшего ко мне заирского бойца, здоровяк с УЗИ упал на землю только после шестого по счету выстрела. Подскочил к застреленному «леопарду», подхватил его УЗИ и принялся садить длинными очередями, опустошая в два присеста магазин пистолета-пулемета. Тут же, не хоронясь и не прячась, так и согнувшись возле трупа заирца, дергая из его подсумков свежие магазины, стреляю в наступающих солдат.

Кто-то дернул меня за плечи, увлекая назад, не видя, кто это, отмахнулся, но там держали крепко и меня оттащили на пару метров в сторону.

Вовремя! Там, где я только что был, рванул взрыв ручной гранаты. Оглянулся назад, чтобы посмотреть, кто это такой ловкий.

Миша?! Он откуда здесь?

— Господин! Господин! – кричит мне Мишель. – Вы ранены, вам надо в тыл, в госпиталь! Срочно!!!

— Патроны!!! Патроны!!! Миша, срочно нужны патроны!!! – что есть мочи кричу я в ответ. – Найди патроны!! Бегом выполнять приказ! – я толкнул Мишу в грудь, отталкивая от себя.

Мишель подскочил с земли, коротко кивнул мне, бросил свой ТТ и два запасных магазина и тут же скрылся среди дыма и огня. Подхватил брошенный пистолет и пополз к ближайшему мертвому вражескому солдату.

Бой продолжался долго, до самой ночи. Заирцы перли вперед, мы пятились назад, дорого продавая каждый метр земли, усеивая улицу своими и вражескими телами. Из тыла периодически подтягивалось свежее пополнение, которое тут же вступало в бой. Миша прибегал несколько раз, таща на себе цинки с патронами, сумки ручных гранат, какие-то связки автоматных магазинов и автоматы, которые по нескольку штук болтались у него на шее.

Мишель очень вовремя подносил патроны. Каждый раз, как глоток свежего воздуха, буквально спасая линию фронта на том участке, где я был. Раненых в тыл не утаскивали, банально некому было это делать. Если и были санитары, то они сейчас в руках держали оружие, а не ручки носилок.

Несколько раз видел Паспарту, который мелькал рядом с перекошенной от злобы рожей и автоматом наперевес. Я кричал на своего первого «апостола», чтобы он немедленно убирался в тыл, потому что президенту страны негоже бегать с автоматом, как простому пехотинцу, а тот лишь отмахивался от моих слов и вновь исчезал из поля зрения, чтобы неожиданно появиться на самом опасном участке обороны, где своим появлением и личным примером придать сил защитникам города. Молодчага, хорошего я президента вырастил, из такого будет толк.

Мы смогли сдержать самый первый сильный и мощный удар врага, несокрушимое цунами заирского десанта разбилось о крохотные волнорезы защитников Бомы. Первый день обороны города был самый сложный, кровопролитный и ожесточенный. Но мы смогли, мы выдержали.

Так началось сражение за город, которое потом окрестили «Бомской мясорубкой».

Это было четыре месяца назад…

А сейчас, спустя эти четыре месяца, я иду с колонной «мулов» к передовой, которая по-прежнему проходит по руинам городских кварталов Бомы.

Пока вспоминал события последних месяцев, наконец добрались до «нуля». Нас встречают.

— О, какие люди? – искренне обрадовался я троице молодых парней, которые сидели под бетонным навесом.

Троица синхронно вскочила на ноги, как только увидела нас с Мишей. Молодые парни, каждому не больше двадцати – двадцати трех лет. Эти трое – единственные из восемнадцати бомовских полицейских, кто пережил тот первый, самый напряженный день защиты Бома. Остальные погибли. Надо отдать должное, что ни один не струсил и не бросил оружие. Так и погибли. Однорукий Саид тоже погиб, причем очень геройский. Саид дрался как дикий зверь, его потом нашли застреленным в обнимку с заирским «леопардом», которому он буквально перегрыз горло. Саид был из алжирцев, в Легионе он тянул лямку в отряде зуавов.