Книга Кот в пальто, страница 27 – Евгения Малинкина

Такой лес не очень нравился Даше: переплетённые ветви густо растущих елей не пропускали солнечный свет, в глубине виднелся снег, в канавах по обеим сторонам дороги чернела вода. Да и погода испортилась, начал накрапывать дождь.

— Ты куда меня ведёшь? Кажется, дальше болото.

— Не бойся, в болото не полезем, главное, не сворачивать с дороги.

— Не дорога, а ужас. В моих кроссовках тут делать нечего.

— Не ворчи, мы почти пришли. Вот здесь. Садись на это бревно и жди.

— Кого? Медведя?

— Стрелу Иванушкину. Сама поймёшь, сиди и не кукарекай.

— Тогда уж не квакай.

Вася возвёл глаза к хмурому небу.

— Зануда. Скоро вернусь, не скучай.

Кот скрылся в лесу. Даша огляделась. Сидеть одной на лесной дороге, пусть даже с гуляющим поблизости котом, страшновато. И самое главное, она не поняла, зачем Василий её сюда привёл и усадил на бревно, довольно сырое для долгих посиделок.

Она попыталась сосредоточиться на ощущениях, закрыла глаза и прислушалась к звукам. Где-то рядом прошумела электричка. В перестуке колёс, далёких звуках, доносящихся из деревни, в шуме весеннего леса Даша наконец поймала умиротворяющую волну.

Неожиданно лес будто расступился, дорога стала шире. Послышался нарастающий гул голосов, кто-то толкнул Дашу под локоть.

— Посторонись! Что рот раззявила!

Бревно исчезло, будто его и не было. Даша сделала шаг назад и оказалась на базарной площади. Словно откуда-то сверху она услышала приятный бархатный голос, который показался ей знакомым, но она никак не могла определить, чей он и почему она его слышит:

«Слушай. У любого рода есть история. Она не может прерваться на полпути. Ты должна спасти наш род».

Даша медленно, словно во сне, посмотрела наверх, пытаясь увидеть говорящего.

«Раньше в городке каждую среду и пятницу были базарные дни. На базарной площади и прилегающих к ней улицах стояли крестьянские подводы. Торговали льном, съестными припасами, сеном, скотом, ремесленными изделиями, живностью – многим. В лавках и магазинах мужики и бабы покупали товары заводского и фабричного производства.

На большом лугу ставили палатки, где торговали всякой всячиной. Самыми интересными для нас, ребят, были палатки, где на глазах у публики пеклись вафли и оладьи. Горячая вафля свёртывалась в трубку и с двух концов набивалась кремом. Вкусное, хрустящее лакомство таяло во рту».

Даша почувствовала аромат выпечки.

Голос продолжал:

«Были палатки с развлечениями: цирк, Петрушка, а также карусели с раскрашенными конями и львами, украшенные материей всех цветов радуги, золотыми кистями и бахромой, орнаментами из цветного стекляруса. При вращении всё сверкало и искрилось. Громко играла шарманка».

Внезапно Даша оказалась на карусели. Словно стёклышки в калейдоскопе перед глазами замелькали разноцветные лоскутки ярмарки. Почувствовав головокружение, она ухватилась за гриву коня, чтобы не упасть. Сидящий впереди верхом на льве мальчик обернулся и помахал ей рукой.

Звуки ярмарки стали громче, перекрывая бархатный голос. Карусели закрутились с бешеной скоростью, ярмарка исчезла.

Даша оказалась перед невысоким особняком. Голова ещё кружилась. Она медленно приподнялась на цыпочки и заглянула в окно. В просторной гостиной на диване за шитьём сидела женщина. Возле окна за столом на большом листе бумаги рисовал цветными карандашами мальчик.