Книга Ночная смена в пионерском лагере, страница 18 – Эльвира Смелик, Екатерина Горбунова

— Четко!

А Толик согласно кивнул и от себя добавил:

— Дюха, ты гений!

И Андрюшка, как всегда, зарделся от удовольствия и смущения, пробормотал:

— Да ладно, ничего особенного. Вон же, с помарками.

Потом они, как и обещали, вернули карту Руслану. И тот по-прежнему ничего не заподозрил, поинтересовался:

— Что, разобрались? Запомнили условные обозначения?

— Угу, – опять за всех ответил Глеб.

— Значит, на следующем занятии проверим. Попробуем пройти по заданному маршруту. И вы нас поведете.

Глеб невозмутимо пожал плечами:

— Заметано.

Вожатый хмыкнул, улыбнулся.

— Заметано, – повторил за Глебом и, как равному, протянул ладонь для рукопожатия.

Проспать они не боялись. Какой тут сон, когда адреналин вовсю бурлил в крови? Когда даже просто спокойно лежать в кровати получалось с большим трудом, а стрекот кузнечиков за окном не убаюкивал, как обычно, а казалось, наоборот, звал, торопил и подбадривал.

Время от времени Толик нетерпеливо поглядывал на наручные часы, которые нарочно не снял на ночь. Они были не новые – на стекле крошечная царапинка, кожаный ремешок слегка потерся на краях и под застежкой – но зато марки «Ракета»^[5].

Часовая стрелка медленно, но неотвратимо двигалась вперед. А остальные обитатели палаты, будто назло, никак не желали успокаиваться, вызывая непривычное желание подняться и поколотить кого-нибудь особо активного. В воспитательных целях. Или хотя бы прикрикнуть, напомнив про режим и порядок – совсем как вожатые. Но тогда ребята точно бы что-то заподозрили, а подставляться было никак нельзя. Вот и приходилось терпеть, разрешая себе только ворочаться и мысленно костерить сотоварищей.

Однако постепенно приглушенные разговоры, шепот, шорохи и скрип панцирных сеток сошли на нет, сменились сладким посапыванием. Но заговорщики не торопились вскакивать, по-прежнему смирно лежали и только переглядывались, хотя эти последние минуты ожидания дались особенно тяжело.

Кто-то тихонько захрапел в противоположном углу. Толик помедлил еще пару секунд и аккуратно сел в кровати, дернул подбородком, одновременно и спрашивая, и подавая сигнал. Глеб приподнялся на локте, кивнул, Андрюшка тоже зашевелился, и уже минуты через две все трое на цыпочках пробирались к двери, ведущей на большую веранду.

Очутившись на улице, они не помчались сразу прочь от корпуса, а остановились.

Почему-то с наступлением ночи не просто темнело и краски теряли яркость. Мир и в остальном менялся, становился не совсем знакомым, будто прикидывался кем-то иным. Или, как раз напротив, наконец-то сбрасывал маску и открывал свой истинный облик. Вроде бы прежний и одновременно не совсем тот.

Вот мальчишки к нему и присматривались, привыкали, прежде чем отправиться в путь. А не то что испугались или засомневались. Нисколько.

У них же карта есть, и Толик умел определять стороны света по Полярной звезде. Если встать к ней лицом, впереди будет север, сзади юг, слева запад, а справа восток.

— Ну что, погнали? – произнес Глеб, и никто из троих даже на секунду не задержался.

До тайного места, где в лагерной ограде был выломан один из металлических прутьев, они добрались без проблем, как и до главной дороги. А вот пробираться по ночному лесу, даже несмотря на то, что уже проходили здесь днем, оказалось гораздо труднее, чем мальчишки себе представляли.