Книга Ночная смена в пионерском лагере, страница 81 – Эльвира Смелик, Екатерина Горбунова

Лишь человеческий голос вырвал ее из объятий сна. Но раньше, чем успела хоть что-то понять, Виолетта опять испугалась. Потому как подсознание моментально выдало: это дядя Кармий. Или кто-то еще из его бандитов. Все-таки нашли, все-таки поймали.

Но это оказались мальчишки, ее ровесники. Однако спокойней Виолетте ничуть не стало: она же понятия не имела, чего от них ожидать. Тем более их целых трое. А если и они подосланы дядей Кармием? Пусть и утверждали, что из пионерского лагеря, но ведь могли и врать.

У Виолетты просто не получалось вот так сразу им поверить. Хотя выглядели они вполне дружелюбно, смотрели с жалостью и искренним участием – особенно один, с частой россыпью веснушек по щекам, – пообещали помочь. А еще у нее не получалось говорить. Будто за сутки молчания она забыла, как это делается.

Сколько Виолетта ни силилась вытолкнуть из себя слова – безрезультатно. Те сопротивлялись, застревали, отказывались выходить наружу, звучать вслух. Но веснушчатый Толик легко угадывал, что она хотела сказать, и договаривал за нее. И в конце концов Виолетта все же поверила мальчишкам, согласилась идти с ними, когда они поклялись, что никто о ней не узнает.

Она ведь ждала чудесного спасения, вот оно и пришло. Тем более у нее совсем не осталось сил бесконечно бродить по лесу, мерзнуть, голодать, отгонять ужасные мысли, надеяться и снова отчаиваться.

Конечно, Виолетта не смогла бы рассказать настолько подробно. А про то, как плутала по лесу, как умирала от страха, и вовсе не собиралась. Просто поведала коротко, как ехали на поезде, как на станции к ним в купе зашли незнакомые мужчины, как увели и посадили в машину, как непонятно куда везли, а потом появился дядя Кармий. А закончила на том, как бежала, слыша за спиной крики и выстрелы.

В горле возник ком, губы задрожали, и она замолчала. Остальные тоже молчали, растерянные и потрясенные, пытаясь примерить на себя случившееся и решая, что лучше не надо.

Да и вообще, стоило ли тут что-то говорить? Легко судить со стороны, считать, что ты бы повел себя по-другому, достойней и правильней, не сник, не испугался. Совсем нетрудно представить себя героем, не знающим ни страха, ни упрека, и мерить остальных своими теоретическими мерками, не пережив и доли того, через что прошли они.

Аленка, сидевшая рядом с Виолеттой, по-дружески сжимала ее ладонь. Но даже слова сочувствия и успокоения казались сейчас совершенно неуместными. «Не переживай, все наладится» – прозвучало бы как издевательство. «А твои родители… вдруг они тоже спаслись» – всего лишь неуверенная надежда. Но Виолетта и без них же надеялась.

Внезапно Толик вскинулся, сосредоточенно наморщив лоб, воскликнул:

— Подожди, Ветка! Ты сказала, вы видели, как что-то пролетело по небу, упало, и сразу раздался взрыв? Именно тогда ты и сбежала, потому что бандиты тоже отвлеклись?

Виолетта покивала.

— А они вас на какой точно машине везли? На милицейском «бобике»? Ну таком, знаешь, не совсем как легковушка, а повыше и как будто фургончиком.

— Н-не. П-побольше. Как у скорой.

— «Буханка». УАЗ-микроавтобус, – определил Глеб.

— А цвета какого? – опять спросил Толик. – Такого, как форма у военных? Серо-зеленого? – А увидев, что Виолетта опять закивала, продолжил: – А мужик там был? Такой не очень высокий, волосы немного кучерявые, вон как у Дюхи, только темные и короче. И челка назад. Еще усы у него.