Книга Ночная смена в пионерском лагере, страница 80 – Эльвира Смелик, Екатерина Горбунова

И кто же поверит, что близкий человек способен на такое? Скажут, что она все не так поняла, что ей привиделось от шока, а дядя согласится и приведет убедительные доводы, почему ее слова нельзя воспринимать всерьез. И взрослые, конечно же, поверят другому взрослому, а не ей. Решат, что она просто начиталась всяких остросюжетных и героических книг, вот и придумала опасное приключение, вообразила себя отважным персонажем или действительно не в себе.

В животе заурчало, но Виолетта даже думать не хотела о еде и все-таки поднялась, преодолевая боль в застывших ногах, поводила ладонями по влажному мху, пытаясь хоть немного оттереть грязь, затем выбралась из кустов. Заметив большую сверкающую капельку росы на одном из листочков, аккуратно сорвала его, слизнула.

В отличие от еды, от питья Виолетта не отказалась бы, даже несмотря на то, что порядком замерзла. Горло по-прежнему саднило, пусть и гораздо меньше, губы спеклись, их даже не сразу удалось разлепить, во рту пересохло.

Она по-прежнему не знала, в какую сторону идти, поэтому двинулась наобум, туда, где заросли показались не такими густыми. Наверное, пока не стоило загадывать далеко вперед, строить определенные планы, а для начала и правда достаточно выбраться из леса. К тому же лично для нее это тоже очень трудное дело.

Виолетта никогда еще не оставалась в одиночку в незнакомом месте, особенно таком, безлюдном, совершенно для нее непривычном и даже опасном. Ориентироваться она толком не умела. Но даже если бы определила стороны света, чем бы ей это помогло? Она ведь понятия не имела, что и где в округе находилось.

Вдруг лес действительно тянулся на много-много километров, и она только забиралась в него глубже и глубже или бродила по кругу. А это значило, что все ее действия абсолютно бессмысленны. И все-таки Виолетта старалась не поддаваться отчаянию, не зацикливаться на худшем. И не останавливаться.

Ведь однажды ей даже повезло – она наткнулась на крошечный родничок. Невзирая на то, что вода в нем была ледяная, так что кожу обжигало, умылась и напилась от души. Сначала набирала воду в ладони, а потом наклонилась до самой земли, почти уперлась в нее носом и жадно втягивала прозрачную струйку, не обращая внимания на ломоту в зубах, пока в животе не забулькало. Тогда, может, и дальше повезет и все как-то решится само собой?

Голод уже сто раз напомнил о себе, и игнорировать его больше не получалось. Не будет еды, и силы быстро сойдут на нет, а Виолетта и так уже безумно устала. Но сейчас всего лишь начало июня, слишком рано даже для первых ягод. В наличии только трава, листья да прошлогодние шишки. А их же не будешь есть.

Солнце начало клониться к закату, по лесу медленно, но неумолимо расползались сумерки, а больше ничего не менялось. Но Виолетта по-прежнему упрямо брела, давно уже не чувствуя ног – механически, словно игрушка на батарейках, у которой пока не закончился заряд.

Она не спала и не ела уже больше суток. Мыслей опять ноль, как и эмоций. Внутри полная пустота и апатия. Даже новая ночевка в лесу уже не страшила, как раньше. В ушах звенело от усталости, и внешние звуки почти не пробивались сквозь этот звон.

Только когда стало совсем непроглядно темно, Виолетта остановилась, отыскала в очередных зарослях местечко поуютней и поукромней. Забившись в кусты, даже не села, а сразу легла, плотнее запахнула кофту, подтянула к груди коленки, сжалась в комочек и не заметила, как заснула – или, скорее, отключилась, – еще и настолько крепко, что ни первые лучи солнца, ни яркий свет дня не сумели ее разбудить.