Книга Ночная смена в пионерском лагере, страница 77 – Эльвира Смелик, Екатерина Горбунова

Раз мама говорила, раз настойчиво подталкивала вперед, значит, так было надо. Тем более сама Виолетта сейчас абсолютно не представляла, что делать, а могла только следовать чужим командам. А еще ей казалось несправедливым и невероятным, что все остальное в мире текло своим чередом, не замечая происходившего с ней и ее семьей кошмара и никак на него не реагируя.

Кузнечики беспечно стрекотали, легкий ветерок перебирал листья деревьев, звезды ярко сияли на чернильном небе. Им до людей совсем никакого дела, и не к кому обратиться за помощью.

До зарослей кустов, отмечавших начало леса, осталась всего пара метров, когда один из бандитов – теперь Виолетта именно так называла этих мужчин во главе с дядей Кармием – грубо ухватил маму за руку, притормозил.

— Ну все, достаточно отошли. Делайте свои дела, и возвращаемся.

— Но тут же все открыто, как на ладони, – робко возразила мама.

— И что? – снисходительно поморщился бандит. – Да кто на вас смотрит.

— И все-таки… ну как-то неудобно… – забормотала мама смущенно. – Виолетта же девочка.

— Надо же, стеснительные какие. – Бандит хмыкнул и все же разрешил: – Ладно. Но только не дальше двух шагов. Иначе… – Он чуть приоткрыл полу пиджака, – у меня найдется чем вас достать.

— И на всякий случай знайте, – подключился второй, насмешливо поглядывая на Виолетту, – тут и волки водятся, и рыси. Им хоть девочка, хоть мальчик, хоть тетенька, все вкусные.

Едва он договорил, откуда-то действительно донесся странный вой. Но не из леса, а вроде бы с другой стороны.

Мама подтолкнула Виолетту, и они вместе зашли за ближайший куст. А вой тем временем перешел в нарастающий гул, и все они – не только Виолетта с мамой, но и бандиты – невольно на него обернулись. Увидели, как что-то пронеслось по небу, оставляя за собой сияющий след, с разгона врезалось в землю. И та дрогнула, сильно, как до жути испугавшийся человек, изрыгнула из себя багровый столб огня, окрасивший небо ярчайшим заревом, отчего стало так светло, будто внезапно наступил день, и тут же мир заполнил оглушительный грохот.

Он ударил не только по барабанным перепонкам, но и, казалось, по каждой клеточке, прогнал по земле новую волну вибраций. Если бы Виолетта с мамой не вцепились друг в друга, то вряд ли удержались бы на ногах.

Тело и мысли будто парализовало, несколько секунд Виолетта не чувствовала совсем ничего, но затем ощутила, как мама крепко притиснула ее к себе, и даже сквозь вату в ушах услышала горячечный шепот:

— Беги, Веточка! Скорее! Беги не оглядываясь! Что бы ни случилось. Беги, солнышко! Поняла?

Не дожидаясь ответа, мама оттолкнула от себя дочь, и Виолетта действительно побежала. Сначала по инерции, от толчка, затем в первородном животном порыве, не думая, не анализируя. Ею управлял неподконтрольный страх, а разум полностью отключился. В спину били ужасные звуки: ругательства, истеричные и яростные крики, истошный визг. И даже… выстрелы.

Где-то в глубинах сознания шевелилось жуткое понимание, что эти звуки могли означать, но Виолетта не останавливалась. Ее подстегивали мамины слова, до сих пор звенящие в ушах: «Беги, Веточка! Беги не оглядываясь! Что бы ни случилось». И она бежала, бежала, бежала, не замечая, как безжалостно хлещут ветки: по ногам, по рукам, по лицу. Падала, запнувшись за невидимые препятствия, но тут же поднималась и снова срывалась с места.