Книга Мама, страница 75 – Алина Дягилева

Лина вернулась домой – не ходить же вокруг сада четыре часа. Она не могла ничем себя занять. Алекс говорил, что у нее, наконец, появится время на себя, но она не хотела ничем заниматься. Она сидела на диване и следила за стрелкой на часах. Пыталась отвлечь себя телевизором, телефоном, готовкой, но все валилось из рук. Первый час тянулся мучительно долго. Устав смотреть в стену, Лина взяла в руки телефон. В голову лезли тревожные мысли: а вдруг она застрянет головой между прутьев забора на прогулке, и никто этого не заметит, и она задохнется? Лина читала про такую историю в интернете. А вдруг воспитательница не уследит, и Ника выскользнет в калитку и уйдет из сада? О таком писали сплошь и рядом, практически раз в месяц в их городе какой-нибудь ребенок уходил из сада один. Или, самый страшный кошмар, вдруг кто-нибудь сделает с ней что-то ужасное? Однажды Лине приходилось читать историю о том, как в детском саду засорилась труба в туалете, руководство вызвало сантехника, тот прошел в детский туалет, а там была девочка, совсем одна. И этот сантехник надругался над ней. Она рассказала родителям лишь спустя несколько дней – так была напугала. От таких историй у Лины волосы шевелились на голове.

Она продолжала крутить в руках телефон. Затем нерешительно сняла блок и открыла переписку. Ее палец еще на несколько секунд замер над экраном, после чего она решительно начала набирать сообщение.

Через 15 минут Лина оделась и быстрым шагом вышла из дома.

Когда спустя три часа она зашла в группу, еще шел обед, дети сидели за столами и мерно ковырялись в тарелках с супом. И лишь Ника закатывалась оглушительным плачем. Она сидела на стульчике, перед ней стоял нетронутый обед, лицо ее было красным и мокрым от слез. Воспитательница в это время помогала какому-то мальчику вытереть салфеткой пролитый суп. Лина вбежала в группу и схватила дочь на руки.

— Мамочка, куда же это вы, у нас так нельзя! – строго вскинулась воспитательница.

— Ребенок плачет у вас целый день, а вам хоть бы что, – Лина уже унесла Нику в приемную и быстро одевала.

— И ничего она не целый день плачет, – возразила воспитатель. – Она просто сейчас расплакалась, скорее всего, устала, у нас был насыщенный день. Она перестала плакать, как только вы ушли, и вот сейчас только первый раз с тех пор заплакала.

Лина качала головой и не слушала. Она уже знала, что больше никогда не приведет сюда дочь. Пусть Алекс говорит, что хочет, пусть они никогда не поедут на море, но ее девочка больше не будет среди чужих людей одна.

Вернувшись домой вечером, Алекс первым делом спросил, как дела в саду. Ника в это время ковырялась ложкой в тарелке с овощным рагу. Лина, поджав губы, мыла посуду.

— Ника больше не пойдет в сад, – сказала она.

— Почему это?

Лина рассказала Алексу, что случилось в саду. Ее расстроило, что в ее рассказе все звучало не так драматично, как было на самом деле. Алекса это действительно не убедило.

— Ну что ты сразу начинаешь? Ну поплакала она, ну что такого, дети постоянно плачут! Она и дома постоянно плачет, разве нет?

— Плачет! Но дома я ее всегда пожалею и успокою, а там до нее никому нет дела, ты понимаешь это?

Алекс не отвечал. Он устал спорить с женой, поэтому просто вышел из кухни.

В тот вечер у Ники поднялась температура. Они сбили ее жаропонижающим, но ночью она поднялась до 40 градусов, пришлось вызвать скорую, которая поставила укол и велела наблюдать до утра. Утром пришел врач и обнаружил на теле Ники несколько красноватых пузырьков.