Книга Лунные зайчики смерти. Трагедия 1988 года, страница 102 – Элис (Арису) Арисугава

Руми с завистью наблюдала за их милыми пикировками. Такахико и Тацуко выглядели как вполне сложившаяся пара. Хотя Такэси и Саюри тоже очень подходили друг другу…

Даже ночью время тянулось мучительно долго. Когда я посетовал на это, Нацуо, положив руки под голову вместо подушки и глядя в ночное небо, предложил:

— Ложись рядом и просто смотри в небо. Я видел уже три падающие звезды. Хочу сосчитать, сколько упадет за ночь. Дни жизни моей под звездным летним небом пусть завершатся.

— Я думал, только Моти на это способен, а теперь и ты, Нацуо. Косишь под Сайгё?^[84] Ну и ну.

Я решил сделать, как он сказал.

Порывы ветра с вулканическим пеплом то и дело окутывали все в легкую вуаль, но бесконечное пространство, превосходящее земной мир, мгновенно пленило мое сердце. Я, дитя города, впервые по-настоящему понял, что звезды, оказывается, мерцают. Единственным, с чем я ничего не мог поделать, был пепел, мягко падавший на мое лицо, устремленное к небу. Девушки постоянно жаловались друг другу, что хотят помыть волосы.

Вращение небесной сферы подарило нам ночь.

— Прошу всех собраться!

Я попытался привести тело в вертикальное положение и увидел, что Эгами стоит рядом. Его глаза были полны печали, силуэт ярко вырисовывался в лунном свете. Разбившись на группы по два-три человека, все собрались, недоумевая, что происходит. Мика осталась с Такэси.

— Никто не ожидал, что наш отдых обернется вот этим. Не думаю, что кто-то виноват во всем бардаке, который тут произошел, включая убийства. Нам повезло, что среди нас есть Луна – так давайте спишем все на влияние луны. Будем считать, что это она свела с ума гору и людей. Однако все мы – и вы и я – устали кружиться в этом танце. Сегодня ночью я хочу положить конец этому безумию. Я знаю, на кого из нас луна повлияла сильнее всего. К тому же сегодня ночь прощания с Салли, так давайте расставим все точки на i. Уверен, сегодня все хотели бы спать спокойно.

Его голос звенел у меня в ушах, словно заклинание. В ответ не прозвучало ни слова. Возможно, потому, что ни один из нас не понимал, что происходит.

— Пять дней назад все пошло наперекосяк. Я не знаю, что случилось той ночью. Было ли все так, как сказала Мика, или нет. Не знаю. Но утром Салли ушла. – Голос Эгами разносился по истерзанной долине, словно протяжные звуки флейты.

Да ведь он сейчас укажет на убийцу! Поняв это, я поперхнулся и тихо охнул.

— Тем утром произошло извержение. И в тот же день преступник, по-видимому задумавший убийство, похитил нож из вещей Салли. Той ночью был убит Фумио Тода. Осталось предсмертное послание в виде буквы Y. Алиби ни у кого не было. Вывод напрашивался один: ничего не ясно. Убийца совершил преступление, не оставив никаких улик. На следующую ночь случилось второе извержение и исчез Сёдзо. Это было странно уже само по себе, но потом кто-то включил кассету с пением Сёдзо, после чего убили Цутому Китано. На этот раз все было иначе, чем при первом убийстве. Как и в прошлый раз, осталось предсмертное послание в виде игрека, и алиби ни у кого не было, но теперь убийца оставил после себя столько разных улик, что нам было трудно в них разобраться. Мы не понимали, как расположить каждую деталь головоломки в правильном порядке, чтобы разгадать ее смысл. Во-первых, на плече у жертвы – Бена – остался кровавый отпечаток правой ладони. Затем обнаружились следы того, что кто-то спускался к ручью вымыть руки. Той же ночью он написал записку о том, что преступления против нас закончились. Обнаружилось орудие убийства – нож, от которого избавилась Риё. Из фотоаппарата Моти была похищена пленка. Наконец, был найден отрезанный безымянный палец Сёдзо. Собрав все эти улики, я сузил круг подозреваемых до двоих человек. Одна из них – Салли. Ранее Мика озвучила версию, согласно которой убийца – Салли, и, если закрыть глаза на некоторые несостыковки, в этом, бесспорно, есть логика. Однако… Салли на тот момент была мертва.