Книга Лунные зайчики смерти. Трагедия 1988 года, страница 58 – Элис (Арису) Арисугава

— Нет, – твердо сказал Мотидзуки. – Тот, кто затеял эту забаву, не обязательно нажал кнопку воспроизведения тридцать минут назад. Он мог сделать это двадцать минут назад. Или пятнадцать. Или десять. – На этот раз логика Мотидзуки превзошла ожидания. Удивил!

— Что в этом может быть забавного? Он что, идиот?! – Юко, похоже, была в бешенстве оттого, что ее имущество использовали таким странным и жестоким способом. Она взяла магнитофон из рук Эгами и проверила, чтобы убедиться, что он не поврежден. – Кто это сделал? Скажите честно! – с обидой в голосе спрашивала Юко, но никто не признавался.

Однако вряд ли кто-то в сложившейся ситуации стал бы устраивать столь трудоемкий трюк просто ради забавы.

— Странности продолжаются, – грустно сказала Тацуко и внимательно посмотрела на магнитофон в руках Юко.

Когда мы вернулись, нас уже ждали Риё и Руми.

— Чья-то злая шутка, – объяснила Юко, размахивая руками. Риё и ее подруга тоже были обескуражены.

Я по-прежнему сомневался в том, что кто-то затеял это просто ради шутки, но, похоже, кроме меня, это никого не волновало.

Я подумал, что Цутому вернется за брошенным альбомом, но он сказал, что пойдет рисовать в другое место. Остальные окончательно разбрелись по округе и вели себя еще безрассуднее, чем до инцидента с записью.

Все именно так, как сказала Тацуко: странности продолжаются.

А чем был занят я?

Ничем. Я тоже бесцельно бродил по лесу. Всевозможные мысли приходили мне в голову и тут же исчезали. В памяти одно за другим всплывали разные выражения на лице Риё, виденные мною сегодня.

Было одиннадцать вечера. Я уже собирался вернуться в палатку, когда увидел вдалеке огни фонариков, мерцающих словно светлячки. Я рассеянно пошел на свет.

Один из огней задрожал и приблизился. Прежде чем я успел разглядеть лицо, голос Мотидзуки спросил:

— Это ты, Элис?

— Ага. Вы что, беспокоились и пришли меня искать? Я как раз собирался идти спать.

— Да, я волновался. Рад, что ты в безопасности. Уже почти одиннадцать, а народ до сих пор бродит по округе, вот Эгами и велел мне пойти всех позвать. Бен и Луна еще не вернулись.

Делать больше нечего, кроме как бегать по лесу в поисках художника и сомнамбулы. Хотя я и сам не лучше.

Я вернулся в палатку вместе с Мотидзуки. Трое девушек из туристического клуба ждали нас в лагере.

— Что, Луна тоже нарушает комендантский час?

Риё нахмурилась:

— Да. Еще и с тростью ушла бродить. Даже у меня уже терпение кончается!

Мне стало неловко, ведь я тоже относился к числу «бродяг».

— Но послушайте, – начала Тацуко и стушевалась. Когда ее спросили, что случилось, она продолжила своим обычным тихим голосом: – Это похоже на игру в убийство.

Я мысленно подпрыгнул от изумления. На все четыре стороны раскинулся лес. Повсюду горят электрические светлячки. Нет, не может быть! Неужели кто-то держит в кармане туз пик? До чего же Эгами беспечен! Нет, мы все круглые идиоты!

Меня охватила неописуемая тревога, и как раз когда она достигла предела и, казалось, вот-вот вырвется из груди, в ночи раздался мужской крик.

Что-то случилось!

На мгновение мы замерли, словно парализованные. Медленно посмотрели друг на друга. Обмениваясь взглядами, мы гадали, что произошло на этот раз, но, конечно, знать не могли.

— Пойдем посмотрим, – не в силах больше терпеть, коротко сказал Мотидзуки.