Книга Дневник с признанием в убийстве, страница 39 – Людмила Мартова

— Так, может быть, действительно вернули, — предположила Маша.

— Да нет же, в тот вечер, когда я пришла на торжество, я обратила внимание, что веток уже нет, и точно видела пустое место. Но даже без загадки с подсвечником я точно знаю, что Володя никого не убивал. Просто не мог.

— Алтынгуль, но если папа этого не делал, значит, он отсидел в тюрьме вместо настоящего преступника! — воскликнула Маша. — И самое ужасное, что это был…

Она замолчала, не в силах справиться с эмоциями.

— Это был кто-то из своих, — закончила за нее Алтынгуль. — Вот уже тридцать лет, как я постоянно об этом думаю. Вот просто каждый раз, как прихожу к твоей бабушке на званые вечера, я всматриваюсь в лица этих людей и напряженно размышляю, кто из них мог убить Антона и хладнокровно подставить Володю.

— И к каким выводам вы пришли?

— Я не знаю, — горько вздохнула балерина. — А вот Володя, похоже, догадался. Только не говорит. Даже мне не говорит.

Из этой фразы следовал вывод, что ее отец и Алтынгуль Мураталиева продолжают общаться.

— Пожалуйста, дайте мне его адрес, — снова повторила Маша, и опять получила отказ.

— Не дам, — покачала головой балерина. — Пока Володя не разрешит, не дам. И не проси, девочка.

Домой Маша вернулась ни с чем. Однако после недолгих раздумий решила не унывать. Ее бабушка общается со своим сыном. Алина сама сказала, что он раз в год справляется о том, жива ли она. Как папа выходит на связь? По телефону? Тогда нужно просто дождаться очередного звонка. Пусть даже ждать придется долго, до дня рождения Стрельниковой, — кстати, неплохо бы выяснить, когда он. К своему стыду, Маша не знала дату рождения собственной бабушки. Хотя к стыду ли?

А вдруг он хотя бы раз вместо звонка присылал письмо? Скорее всего, Алина его хранит. И пусть даже на конверте нет обратного адреса, в самом письме могут быть какие-то детали, по которым можно хотя бы приблизительно выяснить, на каком лесозаготовительном предприятии в Вологодской области трудится Владимир Стрельников. Значит, письмо нужно найти.

За то недолгое время, что Маша провела в Питере, она успела заметить бабушкину скрупулезность. Та все и всегда хранила на специально отведенных для этого местах. Если письмо существует, то оно точно хранится в кабинете. Маша вспомнила, как в детстве ей запрещали переступать порог этой комнаты, когда-то служившей кабинетом адвокату Павлу Стрельникову, а теперь перешедшей в единоличное бабушкино владение.

Осмотреть, да что там, нужно называть вещи своими именами и не врать хотя бы самой себе, обыскать кабинет можно, только дождавшись, пока Алина Стрельникова уйдет из дома. Выходит она нечасто, а через десять дней Маше нужно на работу. Отказаться от столь удачного предложения она не может, запаса денег надолго не хватит, а другой работы могут и не предложить.

Решено: если за оставшееся время она сможет найти письмо с адресом и съездить к отцу, то так тому и быть, а если нет, значит, придется ждать, пока он сам позвонит. Или надеяться, что Алтынгуль у него действительно спросит и он разрешит дать дочке свой адрес.

Маше решительно везло. Домоседка Алина Стрельникова собралась выйти из дома этим же вечером. Об этом она объявила внучке сразу после того, как та вернулась от балерины Мураталиевой. Бабушка была не одна. Услышав звук щелкнувшего звонка, она вышла из гостиной в прихожую, и за ее спиной маячил Викентий Аполлинарьевич Гуров.