Книга Идеальное преступление, страница 66 – Никита Фред Декс

— Я говорю о работниках магазинов, в которых ты устраиваешь эти свои якобы проверки. Куда ты приносишь объедки, чтобы вернуть свои деньги. Обворовываешь, подставляешь, шантажируешь.

— Я ничего не воровал. Я действовал по закону, – запротестовал Петя. – Они сами виноваты. Эти огромные корпорации захватили мир, задушили частных предпринимателей, – затараторил он, задыхаясь от собственных слов. – Это они обманывают людей, продают им ненужный, просроченный, испорченный и вредный для здоровья товар…

— Поэтому ты его почти весь съедаешь, а остатки приносишь обратно? Мало того что мошенничаешь, так еще и делаешь это настолько жалко. Низкий сорт, как сказал бы Великий комбинатор, – добавил я с усмешкой и достал из пакета новый моток скотча.

— Мне нужно как-то зарабатывать. Я борюсь с несправедливостью, так что мне приходится идти на это. Мне нужно добывать деньги, чтобы не умереть с голоду и продолжать эту войну. Отпустите меня! Где мой телефон? Я подам на вас в суд, я расскажу о вас всему миру! – верещал Петя.

— Мальчик, какая война? О чем ты? Ты не понимаешь, да? Даже если мы представим, что ты делал это исключительно из благих намерений, то ущерб ты причиняешь только работникам магазинов, а не их владельцам. Страдали продавцы, охранники, администраторы. Ты доставил им немало проблем. Кто-то лишился работы, кого-то оштрафовали. А ты мне говоришь про какую-то войну. У тебя была одна-единственная битва в твоей жизни – битва за саму жизнь. Которую ты умудрился проиграть на ровном месте. Ты сам навлек на себя проблемы, и никто тебя не спасет.

— Где мой телефон? Я буду кричать, я позвоню в полицию! – хрипел он.

— Телефон твой на дне Самарки. А сам ты скоро окажешься на дне большо-о-ого, – протянул я, – колодца. И никакие суды, полиция и подписчики тебя не спасут.

— Помогите! – завыл Петя.

— Да тихо ты! – прикрикнул я, после чего сдавил пальцами его щеки, чтобы он не смог закрыть рот, и вылил ему на язык содержимое еще одной ампулы.

Петя зачавкал, пытаясь выплюнуть горькую жидкость.

— Это яд? – со слезами на глазах спросил он, когда я отпустил его лицо.

— Лучше. Это чудесное средство, которое убережет меня от твоих визгов. Там, на улице, я всадил тебе шприц в мышцу, чтобы транквилизатор подействовал быстрее и сильнее. Сейчас же ты принял его перорально, то есть через пищевод, чтобы действие было мягче, но дольше. Хотя из твоей крови еще не вывелась прошлая порция, поэтому будем надеяться, что обойдется без передозировки.

— Что вы задумали?

— Скоро узнаешь, – ответил я, но Петя уже не слышал: он спал.

«Быстро ты», – подумал я и продолжил скрежетать скотчем.

На всю затею ушло десять мотков. Получился симпатичный кокон, из которого торчал только нос. Затем я взял свой старый рюкзак и хорошенько примотал его к этому кокону. Лямки тоже укрепил скотчем.

В тот момент я и сам напоминал мумию, только черную. Пришлось надеть шапку и спортивный костюм с капюшоном (чтобы не оставить волос, которые идеально клеятся к скотчу), строительные перчатки (чтобы не оставить отпечатков) и, уже по традиции, маску на всякий случай. Все черного цвета.

С большим трудом я запихнул этот кокон из скотча на заднее сиденье. Накрыл брезентом, кинул удочку, снасти, ведро, высокие сапоги, тяжелое шерстяное одеяло, а сверху водрузил велосипед, чтобы на всякий случай придавить Петю посильнее.