Книга Идеальное преступление, страница 91 – Никита Фред Декс

В Питер вернемся 18 августа.

Отправляйте заявки на почту или в личные сообщения. Жду всех».

Досматривать фильм мне уже не хотелось.

Я не сразу сообразил, кто такая Мария Улуна, но потом все же вспомнил, что это та девушка, которая почти полгода назад приглашала меня в путешествие по Крыму, чтобы написать сборник рассказов о полуострове.

Как-то быстро она переквалифицировалась из писательницы в психолога!

Прошла неделя, как я вернулся из Москвы. Ничего достойного «Идеального преступления» за это время я не сделал – просто отдыхал, смотрел фильмы и читал книги, гулял и пил кофе, особенно полюбившийся мне после отказа от алкоголя, и даже не думал о следующей жертве.

Главу о летающем писателе из Москвы я зафиксировал в блокноте по дороге в Питер, сидя на заднем сиденье серебристого «опеля», который поймал на выезде из Москвы. Пришло время творить дальше.

Мария объяснила, что литература все так же занимает важное место в ее жизни, но есть и кое-что поважнее:

Я поняла, что способна на большее. Писательство – это способ самовыражения. С помощью книг я могу проработать в первую очередь свои ментальные триггерные точки, окунуться в суть собственных проблем и переживаний, но читатель не всегда может оценить и вникнуть в тот посыл, что я закладывала в сюжет. А мне хочется большего. Я хочу делать этот мир лучше, хочу помочь людям достигать своих целей и воплощать потаенные желания, научить их принимать себя такими, какие они есть на самом деле, а не какими их видит общество, государство или родители. Каждый волен сам выбирать, кем он хочет быть, где жить, с кем спать, кого любить и как творить. Поэтому я обучилась на психолога, проработала свои проблемы и готова поделиться этими знаниями с другими.

Мария поведала мне – по секрету, как она сказала, – что заявку на поездку в Крым прислали около двадцати человек, но все ее не устроили. А еще, опять же по секрету, она сообщила мне, что изначально планировала взять с собой двухлетнего ребенка, и им пригодился бы сильный и крепкий мужчина, чтобы носить коляску и вещи, поэтому выбор пал на меня. Потом брать ребенка она передумала, а моя кандидатура так и осталась в топе.

Удивительная штука лесть. С одной стороны, мне напрямую сообщают, что хотят всячески меня эксплуатировать. Что берут меня только потому, что я большой, сильный и выносливый. С другой стороны, мне сообщают, что я большой, сильный и выносливый, поэтому только меня и никого иного они могут взять с собой в отпуск за семьдесят тысяч рублей.

Наверное, стоило отказаться и продолжить поиски в Питере, но я согласился. Возможно, потому что считал таких вот «специалистов» шарлатанами, которые скорее навредят, нежели кого-то спасут и выведут из депрессии, а значит, надо их вырубать, как сорняки. Возможно, все-таки отозвалось мое эго, и я повелся на красивую лесть. А может, просто денег у меня было достаточно (после визита к Оскару) и хотелось их потратить по народному методу «легко пришло – легко ушло».

Так я и сделал.

Первого августа в десять часов утра мы встретились у Исаакиевского собора.

Из припаркованного у обочины ярко-синего внедорожника «вольво» мне навстречу выбежала молодая девушка с короткими голубыми волосами и татуировкой в виде колючей проволоки, обвивающей ее бледные руки, ноги и шею. Как выяснилось позже, этим символическим орнаментом на коже она пыталась показать, насколько сильно мы все находимся под гнетом госаппарата.