Книга Рассказы, страница 279 – Поппи З. Брайт

Её разящие глаза спокойно смотрели прямо на меня. — Конечно, — ответила она. — Есть книги. Но вы ведь понимаете, что на самом деле мёртвые не возвращаются к жизни? Наверное, мой голос звучал слишком хрипло, а кожа вокруг глаз была слишком красной. Но разве всё это нельзя было списать на бессонные ночи за работой?

— Это всего лишь рассказ, — сказала я.

— Хорошо.

Она сняла с полки возле прилавка книгу. На чёрной обложке было вытиснено единственное слово — VODOUN. — Рецепт находится на пятьдесят третьей странице. Большинство ингредиентов вы без труда узнаете — более того, почти все они наверняка найдутся у вас на кухне. Но, возможно, вы никогда не слышали о дурмане, который ещё называют «огурцом зомби».

— Что это такое?

— Помимо всего прочего, очень сильный галлюциноген. Она достала ещё одну книгу — Plants of the Gods^[40]. — Здесь о нём написано подробнее.

— А как я… то есть где мои герои могут его достать?

— Никак. Разве что вырастят сами или найдут в дикой природе. Его оборот запрещён законом. Её глаза блеснули, и мне вдруг показалось, что она искренне считает, будто спасает меня от какой-то беды.

— Значит, ничего не выйдет, — сказала я. Я загубила все растения, которые когда-либо пыталась выращивать. А мысль бродить по каким-нибудь зарослям в поисках галлюциногенной травы казалась просто нелепой. Я даже не выношу походы с палатками, в которые Сеймур ездит вместе с братом.

И всё же я купила обе книги, принесла их домой и разложила на письменном столе. Как и обещала хозяйка магазина, большинство ингредиентов, входивших в ритуал вуду — или, точнее, водун, — были мне хорошо знакомы. Но сразу становилось ясно: ключевую роль во всём этом играл именно дурман. Поначалу это показалось мне непреодолимым препятствием. Но потом я открыла в Plants of the Gods статью о дурмане — и призадумалась.

В книге говорилось, что дурман растёт в тропических и умеренных широтах обоих полушарий и что все его виды содержат тропановые алкалоиды в качестве основных действующих веществ. Органическая химия была едва ли не единственным предметом в медицинском институте, который дался мне с огромным трудом. Но именно поэтому я зубрила её так усердно, что до сих пор помнила почти всё. А даже если бы и не помнила, книга перечисляла названия трёх тропановых алкалоидов: атропин, гиосциамин и скополамин. По меньшей мере с двумя из этих веществ мне приходилось работать каждую неделю.

Когда человек умирает дома, все лекарства, которые он принимал при жизни, вместе с телом должны доставить в морг. Мы заносим их в протокол вскрытия, пересчитываем таблетки и — по крайней мере, так положено — смываем их в раковину. Действующим веществом Lomotil является атропин. Этот препарат назначают при тяжёлой диарее. Гиосциамин входит в состав Cystospaz и Uriced, которые применяют при глаукоме, нарушениях мочеиспускания и заболеваниях кишечника. Все эти лекарства постоянно поступают к нам вместе с телами умерших. Я была почти уверена, что прямо сейчас в морге лежит не одна упаковка, которую ещё предстоит внести в опись. Скополамин используют в трансдермальных пластырях от укачивания. Они попадаются мне гораздо реже, но раздобыть такой пластырь не составляло труда.

Я выписала себе рецепт на пластырь со скополамином и поехала в Walgreen's, чтобы его получить. Я могла бы точно так же выписать себе рецепты и на остальные препараты, но Lomotil относится к контролируемым лекарственным средствам. Мне не хотелось, чтобы кто-нибудь узнал мою фамилию, а потом по городу поползли слухи. Я решила сначала проверить, нет ли нужных препаратов в морге. Если нет — круглосуточная Walgreen's никуда не денется.