Книга Полыхающий рассвет, страница 25 – Лисса Соллей

Он уже закончил обуваться, как ему захотелось заново оглядеть своё небольшое жильё. Взгляд зацепился за открытую дверь кладовой. Фаввара вздохнул и вернулся, чтобы закрыть помещение, но остановился в проходе. Иной раз он использовал кладовку в качестве своей мастерской. Это возвращало в детские воспоминания: их отец работал в такой же набитой всем подряд комнате; разница была лишь в том, что его рабочее место наполняли вещи, а не принадлежности для творчества. Несколько готовых работ стояли под полками с тёплыми вещами, небольшая тетрадка, полная этюдов, свисала с этажерки. Нишант подошёл ближе и уложил тетрадку выше, чтобы не свалилась совсем, но задел остальные, и те с тихим шорохом рассыпались по полу. Нишант шёпотом ругнулся, присел на корточки и сгрёб все альбомы в кучку, чтобы быстро уложить их на место, но… На глаза попался один из старых дневников, совсем потрёпанный, с разводами от мокрых пятен, обложка которого была вся изрисована разного рода снежинками.

В нос тут же ударил яркий запах горящей ели, на языке появился сладкий вкус варенья из сосновых шишек, а кончики пальцев на секунду стали слегка холодными. Нишант помотал головой, чтобы отогнать наваждение, и встал. Он уложил старые работы обратно на стеллаж, но эту находку оставил в руках.

Фаввара очень хорошо помнил, как купил эту тетрадь перед поездкой на север, специально дал маленькой сестрёнке нарисовать на ней эти маленькие белые звёздочки. Поездка была дополнительным годом обучения в академии, дававшим возможность сразу после выпуска идти на работу в ветку констебля. А при успешной карьере претендовать и на должность градохранителя. Кем Нишант и стал.

В целом система арионского кýстоса, хранителей правопорядка, была поделена на офицерскую часть и рядовую часть, а последняя, в свою очередь, делилась на управляющих и подрядовых. В главную, офицерскую часть входили арионские командоры, княжеские командующие, секторные командующие и градохранители. Рядовая часть же состояла из трёх равных отделений, которые южане называли ветвями: ветвь воинов города возглавлял констебль (его подрядовыми были районники и участовики); ветвь хранителей города – главный городской страж (за ним числились две равнозначные группы ночных и дневных стражей); ветвь искателей истины – детектив (который имел в своём управлении следователей и поисковиков). Нишант в своё время шёл по ветви воинов, решив стать военным, а потому и был отправлен в один из самых суровых краёв Ариона – Варяжье. Стражи обычно дополнительный год проводили в Вэтельшире, а искатели – в Медиане. Шуазур южанам посещать было не рекомендовано – уж очень сильными были расхождения в мировоззрении.

Нишант пролистал пару страниц дневника, хмыкнул и улыбнулся. Маленькие оборванные записи с датами казались по-юношески очаровательными. Каждый день дикая усталость валила с ног, но огромное количество впечатлений не давало уснуть. На самом деле, после отъезда Нишант очень сильно жалел, что не смог проводить много времени с курсантами Святой Северной Инквизиции, с той же Морганной, а ведь они многое для него сделали.

«990/12|1.

Сегодня начинается праздничная неделя Шан-У-Кке. Она проходит первой частью большого праздника Шам-Вер-Ну. Не уверен, что правильно записал – северерный язык довольно трудно записать на родном атманском. Северяне празднуют мир между людьми и шаманами. Оказывается, в древние времена некоторые, получив силы от их духов, пытались захватывать власть. У праздника очень глубокая история, связанная с одним из варяжских моров. Одна авира, что учится в инквизиции, пообещала мне рассказать вечером легенду о празднике. Авира Морганна очень милая и открытая. Я нарисовал её на тренировке. Надеюсь, ей понравится и она не рассердится на меня».