Книга И мы сгорим, страница 125 – Александра Рау

— Флоренс…

Но в бледную кожу на шее мисс Престон уже упирался блестящий металлом канцелярский нож.

Грэм надеялся, что его появление поможет Наоми воспользоваться моментом и обезоружить Флоренс, но из-за неожиданности она обернулась и упустила ценную возможность. Флоренс, которой понадобилось лишь перевести взгляд, чтобы заметить учителя, тоже дрогнула – лезвие ножа чуть вошло в кожу, и вниз по ее шее стекла бордовая капля.

— О, доктор Хьюз. – Ее губы расплылись в улыбке, а затем из горла вырвались странные обрывки смеха. – Надеюсь, вы на меня не злитесь.

Грэм протянул к ней руки и чуть согнул ноги в коленях, чтобы в случае чего быстрее прыгнуть и достичь цели. Он не злился. Может, поначалу, но кое-что было сильнее злости – страх беспомощности, страх бездействия. Он ненавидел себя за то, что не только никого не спас, но и сам попался, хотя считал себя осторожным и внимательным. Флоренс росла под его крылом много лет, но он не заметил, как ей тяжело. Как ей больно. «Идиот, это ты постоянно делаешь что-то не так, –крутилось в его голове, – пожалуйста, не облажайся хотя бы на этот раз».

— Сейчас это неважно, – с трудом раскрыв иссохшие губы, прошептал Грэм. – Опусти нож, пожалуйста. Позволь нам помочь.

Флоренс буднично пожала плечами.

— Мне уже не помочь.

Она перехватила нож, будто тот начал выскальзывать у нее из рук, и провела лезвием по собственной шее.

Кровь хлынула, за пару секунд пропитав белую рубашку Флоренс и лишив ее лицо всякого намека на румянец. Ступор сковывал конечности Грэма дольше, чем Наоми, – она бросилась к соседке, поймала ту на полпути к полу, аккуратно положила на паркет и попыталась остановить кровь, прижав ладонь к ране, пусть в этом и не было никакого смысла. Грэм же… смотрел. Наоми звала его, но сердце так громко стучало в ушах, что он почти ее не слышал.

«Никакого проку, – отдавались в нем эхом слова отца. – Надо построить тебе конуру, может, хоть дом охранять будешь».

Нет. Охранять у него не выходит – сегодня Грэм окончательно в этом убедился. Значит, придется искать другие функции, обращаться во всех зверей, в каких только сможет, чтобы понять, что помимо преподавания дается ему хотя бы сносно. Метаморфам нужно уметь не только жить среди людей, но и выживать. И если это плохо получается даже на закрытой территории, полной таких же, как он, Грэму срочно требовалось меняться. Искать выходы.

— Хьюз, твою мать! – завопила Наоми, приводя его в чувство. – Очнитесь и помогите мне!

— О ком она говорила?

— Что?

— Кто ее заставил?

Голос его звучал на удивление ровно и холодно. Грэм сжал пальцы в кулак, не замечая, как больно ногти впиваются в кожу.

— Не знаю, я… давайте спасем ее и узнаем! Помогите поднять!

— Она бы этого не хотела. – Грэм сделал шаг назад. – Оставь ее.

— Вы с ума сошли? – почти прохрипела Наоми. – Сейчас же помогите!

— Флоренс ясно дала понять, что не хочет сдаваться. Не хочет, чтобы ее заклеймили убийцей. Каково, по-твоему, ей будет с этим жить? – Ненавистная ему прежде подача миссис Риббонс сквозила в словах, но он заглушил мысли об этом. – Сколько она протянет в тюрьме? А если попадет в обычную, как скоро ее измучат, узнав, что она полиморф?

— Она…

— Я тоже не замечал. – Грэм поджал губы. – Стыд и позор, я ведь думал, что знал каждого полиморфа в этой академии, но теперь неизвестно, скольких еще я упустил. Она сказала, что поняла, что Лайла не полиморф, по вкусу. Так вот, я чувствую запах ее крови. И мне все совершенно ясно.