Книга Где демон выжигает небеса, страница 185 – Ирина Голунцова

Судя по мрачной отрешённости, Асура не только не переживал – он даже не воспринимал собравшихся тут людей как достойных противников. Его внимание оказалось полностью сосредоточено на Милин, которая, стоило им остановиться, захромала в их сторону. Её попытался остановить светлый заклинатель – судя по одеждам, из духовной школы Юньцэн, – но Милин едва ли понимала, что он бормочет. Как сообразил Вэй Лу, люди из Ланбэй местное наречие не знали.

Она остановилась в чжане напротив, мрачная, израненная, но такая же смертоносно опасная и до жути похожая на Асуру. Теперь, когда у Вэй Лу появилась возможность рассмотреть лицо ланбэйской принцессы, пусть и перебинтованное, сходство не заставило себя долго ждать.

— Милин-кунчюй.

— Элсиз^[95] Асура, – с кривой презрительной улыбкой отозвалась Милин. – А мог бы быть Асура-тегин. И даже не асура, не голодный дух, сожравший свою мать.

Даже несмотря на то, что Вэй Лу едва ли понимал, о чём они разговаривали, по хмурому виду Асуры можно было чётко определить содержание беседы.

— Перейдём на местный диалект?

— Я плохо разговаривать на этот язык, – почти прорычала Милин, вновь перейдя на наречие: – И я не собираюсь опускаться до того, чтобы твой пёс всё понимал.

Поймав на себе ненавидящий, презренный взгляд Милин, Вэй Лу с трудом удержался от уточнения, не покрывают ли его сейчас отборными ругательствами. Лучше не обострять обстановку.

— Это поганое имя должен был носить твой брат, а не ты, – нахмурившись и дёрнувшись от боли, пробежавшей по лицу, зашипела Милин. – Близнецы – всегда беда, но хан ошибся, назвав демоном тебя. Я верю, что ты не демон, ведь настоящий демон мёртв. Люди этой земли тебя уже отвергли, но у тебя есть шанс вернуться к народу ху.

Чем дольше говорила Милин, тем мрачнее становился Асура. Может, он сам того не замечал, но его рука то и дело вздрагивала, притягиваясь к мечу на поясе, пока пальцы и вовсе не легли на рукоять. Но Милин словно не замечала близкой опасности, продолжая довольно эмоционально склонять к чему-то Асуру. Неужели она пыталась уговорить его вернуться на сторону светлых заклинателей? Вряд ли такое возможно: многие из адептов уже знали, что Асура и Хао предали своих покровителей, и теперь они ни за что не примут их обратно.

— Люди равнины могут говорить что угодно. Но моё слово для хана будет неоспоримо в этом вопросе… ведь Кухань-тегин мёртв. Голос Ланбэй сейчас – мой голос. Хан потерял одного сына, но может вернуть другого. Твоя душа чиста, и…

— Асура!

Слова Милин уже начинали напоминать шипение змеи, но их прервал оклик, раздавшийся сверху. Вэй Лу чуть не подпрыгнул от неожиданности, ему как минимум хотелось выругаться, но всё же он сдержался, наблюдая, как перед ними на мече спикировал Шуан Тянь. Его светлые одежды взмыли в воздух подобно широким крыльям, загораживающим Асуру и Вэй Лу от Милин, обернувшись к которой Шуан Тянь с нескрываемой злобой воскликнул:

— Этот достопочтенный ведь договорился с Милин-кунчюй о том, чтобы действовать по сигналу. Почему же она нарушила договорённость и вывела людей из засады?

— Потому что достопочтенный старейшина задержался.

Голос, перешедший на хрип, заставил Вэй Лу мысленно поразиться, что Милин будто и вовсе не испытывала страха перед старейшиной духовной школы Тайян. Со стороны их перепалка напоминала рычание рыси на благородного тигра. Тем не менее Шуан Тянь предпочёл не обострять конфликт с союзницей, и стоило ему обернуться, как Вэй Лу невольно отпрянул. Но не Асура: тот заметно напрягся, однако не испугался, а, напротив, лишь сильнее ощетинился и позволил духовной энергии предупреждающе вырваться наружу.