Книга Вечные Пески. Том 7, страница 43 – Лео Сухов

Длинный коридор между отсеками освещался тремя масляными фонарями, крепившимися к потолку. Или, можно сказать, вообще не освещался: на некоторых участках толком ничего разглядеть не получалось.

В отсеках-каютах в три яруса стояли койки. По двенадцать с каждой стороны, как в общей казарме. Между ними — проход, где два мужчины могли разойтись только боком.

Ни жаровен, ни печей, ни лишнего освещения. Деревянный корабль есть деревянный корабль, открытый огонь под запретом. Свет — от закрытого масляного фонаря, который один на всю каюту. Тепло — от дыхания спящих. А если совсем холодно — задрай окно.

Складские помещения тут были размером с те же каюты. Предназначались они, в основном, под провизию, которую надо было держать подальше от скотины. Её, кстати — скотину то есть –частично отправили на вторую палубу. Ну а частично разместили в загонах на верхней.

Ниже первой располагалась вторая палуба. Между прочим, самая просторная. Здесь и корпус корабля был шире, и потолок выше. Вдоль бортов тянулись загоны для скота: переханов и гнуров разместили именно тут. Это танаков не так жалко, их можно было разместить и на верхней палубе.

Пол устилали толстые доски, поверх которых матросы набросали соломы. Пахло навозом и мокрой шерстью. В центральной части палубы громоздились тюки с сеном и мешки с зерном. Их сложили в отсеках, отгороженных от загонов съёмными деревянными переборками.

Ещё ниже располагался грузовой трюм. Он был забит припасами: мешки с зерном, связки сушёной рыбы, тюки с парусиной. Здесь же хранился запасной такелаж и инструменты для ремонта. Всё съестное было разложено на полках, на полу ничего не лежало. Как объяснил Тхил, это чтобы припасы не промокли, если вдруг появится течь.

В случае её появления, кстати, воду убирали бы с помощью вёдер, передавая по цепочке до ближайшего окна. Эдакое вынужденное командное развлечение. Течь, само собой, постарались бы устранить прямо в плавании. А вот если не удалось бы, поспешили бы к берегу: вытаскивать корабль на сушу и там ремонтировать.

Трёхмачтовых кораблей, подобных флагману, во флоте Бруша оказалось одиннадцать штук. Собственно, их таких всего было штук тридцать на всё Озеро Тысячи Ключей. Они считались военными судами, которые в былое время патрулировали воды Озера Тысячи Ключей, разбираясь с разбойниками и пиратами.

— Что, у вас здесь и такие есть? — вскинул я бровь.

— Да как не быть, воевода? — удивился Тхил. — Дураков всегда хватает…

По всем трёхмачтовым кораблям мы гулять не стали. Ограничились флагманом, а с остальных я получил доклады командиров. Те уверяли, что бойцы устроены хорошо, и волноваться не о чем.

Средние парусники, двухмачтовые, выглядели иначе. Борта пониже, корпуса более пузатые. Их строили изначально для торговли и перевозки грузов. На верхней палубе баллист не было, только места для лучников.

Внутренняя палуба — одна. Команда и пассажиры обитали именно там, в больших общих отсеках. Рядом располагались отсеки для скота и припасов. Отдельные каюты — в кормовой и носовой надстройках. Трюм под палубой — поменьше, чем на трёхмачтовых, зато целиком забит припасами.

Крупные одномачтовые парусники — третий тип кораблей во флоте — раньше, по словам Тхила, использовались для рыбной ловли. Их переделали для перевозки людей и грузов: убрали внутренние переборки, настелили новые палубы, оборудовали трюмы. Они были поу́же двухмачтовых, плавали быстрее, но вместительность — небольшая.