Книга Общественный договор, страница 55 – Лео Сухов

Родниковая вода сняла зуд, резь и боль в глазах. Краснота ещё не ушла, но хотя бы заливать слезами рожу перестало. Море сняло воспаление на руках, и я смог отправиться наверх, в посёлок. Там уже вовсю кипела работа – часть жителей чертила самодельным циркулем круги на земле, а часть – проделывала дырки под будущие каркасы жилищ. Девушек занимались сбором листьев для крыши. И посреди этого строительного хаоса сновал Сашок, требуя «тут делать аккуратнее», «тут действовать решительнее», а «тут рыбу заворачивать». К слову, Никитич Сашку за такие указы сразу рыбой по балде и отвесил.

Циркуль нам тоже Сашок подсказал, как смастерить – технологию он в том же видео узнал. Берутся два колышка: один покороче, другой – подлиннее. Колышки соединялись верёвкой. Верёвка должна была свободно прокручиваться на кольях. Длинный кол втыкался в предполагаемый центр окружности, а коротким колом очерчивали круг. Вроде всё просто, но вы бы видели этих страдальцев, пытавшихся очертить круг самодельным циркулем…

— Филя, есть минутка? – рядом появился Саша.

— Для тебя, партнёр, хоть весь остаток дня! – от щедроты души предложил я.

— Понимаю. Мне тоже работать не хочется, – кивнул Саша. – Вот только спать на камнях хочется ещё меньше…

— Так чего хотел-то? – поинтересовался я.

— Очки хочу вложить, – признался он. – Может, последишь?

— Пошли! – согласился я.

Конечно, минуткой мы не обошлись. Саша в своё развитие впаял сразу не меньше девяти очков, которые так и висели нераспределёнными с тех пор, как он занялся рыбалкой. Так что отдыхал я рядом с его бессознательной тушкой ещё минут десять.

В это время строители подошли к эпохальному шагу – к закладке каркаса первого жилища. Восемь гибких жердин были вставлены в пробитые под них углубления, а к месту стройки подтянулось ещё человек десять – с верёвками и решительным настроем. Первые два ствола начали сгибать к центру. И знаете? Я вот знал, что так всё и будет… Ещё вчера знал! Да что там я!.. Это знал ещё старик-баснописец Крылов. Лебедь, рак и щука… Пятеро рабочих начали гнуть одну жердину, пятеро другую, а в центре круга их (жердин) встречу поджидал Сашок, стоявший на подкаченном для этого камне с верёвкой во вздёрнутых к небу руках.

Наблюдать за процессом собрался почти весь посёлок. Все рассчитывали на скорую крышу над головой и не могли пропустить такое важное зрелище. Жердины медленно и с натугой сошлись. Раскрасневшиеся рабочие практически висели на них, сдерживая логичное стремление жердин принять свой изначальный прямой вид. Возможно, качайся наши игроки и хорошо кушай – и всё бы обошлось. Но мы как были тощими доходягами, так пока и оставались ими. Один из строителей выпустил жердь, упав на землю спиной – то ли руки вспотели, то ли силы кончились. Жердь поползла вверх – и оставшиеся на ней поняли, что скоро окажутся в весьма неприятной ситуации.

— Ребят! Бросаем! На три! Раз!..

Я открыл рот предупредить Сашка, чтобы тот бросал верёвку, которой он пытался спешно смотать расходящиеся жерди.

— Два!..

Рабочие считали так быстро, что я понял: даже предупредить не успею. Сашок и сам уже попытался отцепиться, но что-то пошло не так.

— Са!..

— Три!

Жердь получила свободу и, сбросив строителей как прошлогоднюю листву, распрямилась, увлекая моего и Сашиного подопечного в вышину голубого неба.