Книга Реконкистадоры, страница 49 – Лео Сухов

Естественно, до птиц нам не было особого дела, хотя увеличение их поголовья и выглядело подозрительно. К обеду мы достигли Перевала и сразу вызвали «кого-нибудь главного», принявшись закидывать его вопросами. Местный и.о. начальника посёлка — Рюмка (потому что фамилия Рюмкин) — в ответ только руками разводил.

— Да не знаю, почему! — признался он, когда я накинулся с вопросами. — Филь, вот ей-богу! У нас здесь тоже люди заражаются. Вон, сегодня часть Вараньего к нам перенеслась… Но скорость снизилась, точно тебе говорю!.. Поначалу по несколько десятков в день заболевало, а сегодня — всего три десятка новых.

— После чего это случилось? — спросил я.

— После того, как мы новые срубы построили, — почесав затылок и задумавшись, ответил Рюмка.

— Показывай! — приказал я.

— Не! Я туда не пойду! Заражусь ведь! — Рюмка замахал руками.

— Ты мне покажи, где срубы! Сам схожу! — рявкнул я в сердцах.

Ариша увязалась со мной, как я её ни отговаривал. Аргумент у неё был один — всё равно рано или поздно заболеет. А две головы лучше одной, как и четыре глаза лучше двух… Так что на осмотр срубов мы пошли вместе. К сожалению, сколько я ни пялился на постройки — ничего особенного заметить в них не мог. Совершенно одинаковые временные срубы, которые перекосит всего через месяц… Простенькая крыша, заваленная каким-то лапником…

Внутри, прямо на полу, под тонкими серыми одеялами, лежали больные разной степени тяжести. А две женщины и трое мужчин ухаживали за ними, хотя глаза уже у всех были красными. Наверное, я так и ушёл бы ни с чем, но Ариша посмотрела наверх, а потом пригляделась и спросила у одного из работающих в лечебнице мужиков:

— А почему потолок красноватый?

— А? Чё? А!.. Ну это просто дерево такое попалось, — пожал он плечами. — Какая-то то ли пихта, то ли лиственница… В общем, что-то хвойное…

— Это для новых срубов? — прищурился я.

— Ага, для новых, — кивнул мужчина. — Старый-то давно построен, и мы его раньше особо и не использовали.

— Подожди-ка… А ветки на крыше — от тех же деревьев? — уточнил я на всякий случай.

— Ну да…

Мы с Аришей переглянулись, убедившись, что каждый понял всё правильно, и почти что выскочили наружу. Я сразу схватил одну из веток и пригляделся. В жизни бы не подумал, что это хвоя… Хотя да — очень тонкие листья напоминали иглы. Что это за дерево, я не знал — зато, как оказалось, Ариша была в курсе.

— Тис! — кивнула она. — У них часть сруба сделана из тиса!..

— А что в нём такого-то? — спросил я, крутя в руках одну из иголок.

— Он почти весь ядовитый, — ответила девушка. — Хвоя, древесина… Лошадь съест граммов триста, и всё — нет лошади!

— А почему лошадь? — удивился я.

— Потому что я видела, как такое с лошадью случилось!.. — огрызнулась девушка.

— Ладно, пошли к Рюмке! Пусть быстрее показывает, где тут тис растёт.

Тис рос к востоку от посёлка — целая роща на пару тысяч стволов. Когда я выдал распоряжение немедленно рубить деревья и переправлять посуху в Мыс, глава посёлка попытался возмутиться, что у него сейчас людей не хватит.

— Рюмка, уволь меня вот от этого всего, пожалуйста!.. — попросил я. — Во-первых, первый сруб замените тисовым для лечебницы. Во-вторых, возражения не принимаются — рубить и отправлять! И пусть растениеводы займутся выращиванием новых. Сколько у тебя их есть?