Книга Эфирные контрабандисты, страница 117 – Лео Сухов

После обеда я направился бродить по улицам, а Араэле и Кесан снова пошли со мной — посмотреть, что я буду делать. Вскоре я обнаружил очередное вкрапление мраморных плит и дождался, когда орудия бастиона снова опустятся. После чего отправил Кесана и Араэле следить за ними, а сам прошёлся по плитам.

— Нацелились на нас! — удивлённо сообщила девушка, а жрец просто радостно вскрикнул. — Что ты сделал?

— Плиты!.. — пояснил я. — Вот этот ряд плит скрывает яму, где идут трубы.

— Да, я знаю. Я же тебе рассказывала, как мы пытались копать вдоль труб…

— Всё верно. Вот только смотри: скобы, на которых лежит плита, двигаются!.. — согласился я и наглядно всё продемонстрировал. — Именно так они и определяют чужое присутствие. Сигнализация может находиться везде, где есть рукотворное покрытие на земле. И если находить такие места, сильно не топать рядом, не наступать и вообще вести себя осторожно — автоматоны и не узнают, что кто-то ходит в городе!..

— А-а-а-а! — с радостным криком девушка подскочила ко мне и повисла на шее. — Ты нашёл!..

Я и Кесан немного опешили. Да и Араэле сообразила, что при её положении не положено кидаться на шею малознакомым мужчинам, и быстро отстранилась, не переставая при этом сиять, как начищенная монета.

— Ты нашёл! Теперь мы сможем пройти? — спросила она с надеждой.

— Вот завтра и попробуем это сделать… — ухмыльнулся я.

В которой прибывают наши конкуренты и нам приходится свернуть исследования, что вновь провоцирует конфликт, после которого нам приходится срочно вернуться на скалу

Вечером мы решили отпраздновать наше открытие. Может, само открытие и было так себе, зато это был шаг вперёд, вслед за которым можно было сделать второй. Я очень хотел добраться до акрополя и понять, как отключить защиту. Вот не верю я, что те, кто защиту включал, сами же и померли от ударов орудий… Конечно, был ещё вариант, что бедные акрополи и бастионы безответно пытались добиться каких-нибудь кодов доступа от гостей города, но, глядя на автоматоны — я сильно в этом сомневался.

Если же добраться до акрополя и отключить защиту было нельзя, то нам стоило идти до лицея… в смысле, ликея — и искать сокровенные знания там. Во всяком случае, это было единственное учебное заведение, которое находилось во внешнем круге. Впрочем, в тот вечер мы не обсуждали все эти насущные вопросы — мы просто достали бутылку молосы и бутылку вина и праздновали. И только грустный Таби сидел в рубке, потому что ему официально пить нельзя было ещё год.

— Фант! Ты всё-таки очень необычный человек! — сказала Араэле. — Никто и никогда ещё не пытался так глубоко разобраться в местной системе защиты. Даже выходцы из твоих яслей! За тебя! Пусть эта маленькая победа у тебя будет не последней!..

— …Да! — веско согласился с тостом Рубари.

А я был просто счастлив, потому что, наконец, решил задачку, не дававшую мне покоя. Когда у тебя маленький круг общения — а у меня он именно такой был почти всю прошлую жизнь и с годами становился лишь меньше — сразу начинаешь ценить и те необычные победы, когда соревноваться приходится с самим собой. Я почти забыл это ощущение хорошо распутанной головоломки — и очень боялся его завтра потерять, потому что мог чего-то не учесть…

— Там огни! — закричал прибежавший из рубки Таби. — Какие-то дирижабли!