Книга Присвоенная, страница 36 – Виктория Волкова

— Да до фига работы‚ — недовольно тянет Наиль и почему-то зыркает на меня с неприязнью. — Если только потом засесть...

— Нет, — коротко роняет муж. — Занимайтесь, мы сами.

— Но, Мурад, мы тоже хотим, — тут же начинает ныть Наина. — Отпусти Наиля, пожалуйста. И Тимура...

— Потом с мужьями поедете, — отрезает Мурад и поворачивается к Лейле. — Если желаешь, сестра, можешь присоединиться.

— Нет, — улыбается она. — Вам же хочется побыть наедине. А я буду мешать. Тем более мне к экзаменам нужно готовиться.

— Тогда мы сами, — довольно улыбается Хафизов.

— А ты назначил уже день регистрации? — накладывая в тарелку кусок баранины и запеченные овощи, интересуется Тимур. — Нужно состыковать свадьбу с твоим расписанием. Давай завтра посмотрим, — замечает он миролюбиво, но я вижу, как напрягается Мурад.

— Оставь этот вопрос нам с женой, брат, — вздыхает он, подкладывая мне в тарелку кусочки курицы. — Надо пригласить родственниц Беллы. А прежде узнать, когда они смогут приехать, — мягко велит он мне.

— Да, хорошо, — поспешно киваю я и неожиданно замечаю на губах Мариам странную ухмылку. Дескать, вот еще!

— Ну, за работу, — после ужина встает из-за стола Мурад. — А мы попьем кофе в городе, — добавляет нехотя и, взяв меня за руку, ведет к машине.

— Кажется, мы забыли купить тебе теплые вещи, — хмурится он. — Магазины работают до десяти, — накидывает мне на плечи свое пальто Хафизов.

— Так привезли только платья, — выдыхаю я и снова оказываюсь в теплом коконе, пропахшем парфюмом Мурада.

Легкие цитрусовые нотки, немного табака и сандала. Сумасшедший запах, от которого у меня моментально подкашиваются коленки.

— Хм... — откашливается муж. — Это вопрос к Мариам. Я просил ее заказать все, что может понадобиться. А она налажала...

— Наверное, посчитала, что я из дома буду выходить только летом, — шепчу, осмелев немного.

Муж смеется, будто это самая лучшая услышанная им шутка. И как только мы садимся в машину, просит водителя открыть шторку люка. Через прозрачную крышу и окна глазею на большой город, затопленный яркими огнями.

— Как же красиво, — охаю я. Оглядываюсь по сторонам, как непоседливый ребенок.

А Мурад лишь пожирает меня жадным взглядом и улыбается. Мне кажется, этот суровый мужчина улыбается постоянно. Но только мне. Я вижу, как он разговаривает с прислугой и родными. Может, поэтому они и взъелись на меня в первый же день.

— Гляди, — показывает мне Мурад на светящуюся башню. — Это здание МИДа. Подобных всего семь в Москве.

— Красиво‚ — выдыхаю я в восхищении.

— Надо повезти тебя в Дубай, — смеется Хафизов. — Я там сам в первый раз ехал с открытым ртом. Как дикарь. Сейчас уже привык, конечно. — Большой театр, — снова показывает в окно Мурад. — Туда дальше — Красная площадь. Но мы сегодня по другой программе. Сейчас одевать тебя будем. А то конфискуешь мое пальто...

— Я бы не против, — утыкаюсь носом в кашемировую ткань. — Оно такое классное...

— Надо будет и тебе заказать, — тут же соглашается муж и, притянув меня к себе, нежно целует в нос. — Пойдем, — шепчет он заговорщицки. — Пальто, сапоги и что пожелаешь!

— Мне ничего не надо. У меня все есть, — выдыхаю поспешно. И чувствую, как сильные руки крепче прижимают меня к себе.

— Ты краснеешь. Тебе идет, — легко касается моей щеки Мурад. — Ты такая нежная девочка, Белла.