Книга Присвоенная, страница 37 – Виктория Волкова

Вслед за мужем выхожу из машины и тут же попадаю в людской круговорот. Нарядно одетые люди торопятся домой с пакетами. А кто-то вместе с нами заходит внутрь. Заворожённо глазею на стеклянные статуи, словно в музее, и беспрекословно иду за мужем. Не сразу, но замечаю, как многие наблюдают за нами с интересом. Кто-то даже пытается фотографировать, но охрана Хафизова сразу пресекает попытки.

Опускаю глаза, стараясь не смотреть по сторонам. Ни к чему хорошему это не приведет. Слышу, как негромко ругается Мурад, как сзади личный телохранитель вызывает кого-то.

— Мурад Мусаевич, — выплывает нам навстречу шикарная брюнетка. На каблуках, в обтягивающем платье она кажется мне голливудской дивой. — Сюда, пожалуйста, — открывает перед нами едва заметную дверь. А за ней просторная уютная комната, больше похожая на гостиную, чем на торговый зал.

— Чай? Кофе? — радушно спрашивает брюнетка.

— Нет, спасибо, — отрезает спокойно Мурад. — Нас интересует теплая одежда. Пуховики, сапоги, — потом косится на меня и добавляет с хитрой улыбкой. — И пальто.

— Подари мне свое, — шепчу порывисто. Глупость‚ конечно. Но мне кажется, я не смогу расстаться с этим.

— Да я не против, Белла. Мне не жалко. Но ты же его носить не будешь, — обняв меня, тихонечко объясняет Мурад.

— А я повешу его в шкаф и буду надевать, когда ты уедешь...

— Я никуда не собираюсь, — фыркает муж и добавляет как мальчишка. — И пальто не отдам. Даже не надейся, Белла...

Мы довольно хихикаем, как сообщники, и смолкаем, когда в комнату целая вереница менеджеров вносит коробки обувью и вешалки с разноцветными пуховиками.

— Выбирай, — предлагает мне Хафизов. А у меня глаза разбегаются. Несколько пар глаз смотрят на меня изучающе и насмешливо, будто на зверушку какую.

Тушуюсь немного, а потом беру себя в руки. Стыдно стесняться. Я же пришла сюда с мужем. Мое глупое поведение может отразиться и на его имидже. Делаю шаг к стойкам. Нужно сначала выбрать пуховик, а под него сапоги. Или наоборот? Ой, мамочки!

Оглядываюсь на мужа. Он мне сейчас точно не помощник. С кем-то говорит по телефону, изредка роняя короткие тихие фразы. Отсюда не разобрать. Лицо Мурада постепенно каменеет от плохих новостей, а брови грозно сходятся к переносице.

Наскоро выбираю пуховик, затем сапоги.

— Мурад, посмотреть не хочешь? — спрашиваю робко.

— Покажи, — словно отряхивается от мрачных мыслей Хафизов. — Красивый пуховик, — кивает на мою обновку. — Но почему один, Белла? Выбери еще другой, покороче. С брюками будет отлично.

— Ты видел, сколько они стоят? — подойдя поближе к мужу, шепчу негодующе. — Целое состояние.

— Я догадываюсь, — нехотя улыбается Мурад и делает знак стоящему рядом менеджеру. — Белый пуховик нам покажите и к нему — такие же сапоги.

«Почти долг моего отца потратили за сегодня», — отмечаю про себя печально, когда муж наскоро прикладывает карту к терминалу. Потом берет пакеты и ведет меня к выходу.

— До свидания, — роняет на ходу.

И только сев в машину, позволяет себе расслабиться хоть немного. Трет лицо, стараясь справиться с раздражением. И затем обращается ко мне нарочито спокойно.

— Белла, сейчас звонил мой доверенный человек из Ачгори. Ко мне за помощью обратился Ринат. Твоя сестра сбежала из дома с каким-то левым мужиком.