Книга Развод. История одной мести, страница 4 – Элина Витина

— Нет, — губы кривятся в каком-то подобии усмешки, — развод будет, но позже. Сначала будет месть. И для этого мне понадобится твоя помощь.

— Все что угодно, сестра, — с готовностью отвечает Юля и зеркалит мою улыбку. — В рамках закона, естественно.

— А вот это я тебе, к сожалению, не могу обещать.

Глава 2

— Солнце, я понимаю, что ты злишься, — заявляет Юлька, после того, как я озвучиваю ей свой план, — но как юрист, говорю: шантаж — дело уголовно наказуемое.

— Убийство тоже, — хмыкаю я. — Особенно двойное. Сама подумай, от чего тебе будет легче меня отмазать?

— Ладно, уговорила, — мгновенно соглашается Юлька. — Что конкретно от меня нужно?

— Не знаю пока, — напряженно потираю виски.

В крови бурлит адреналин и я только сейчас замечаю, что пока рассказывала сестре о своей идее, доделала почти все свечи. Осталось наклеить этикетки и разложить их по фирменным пакетикам.

А Ильи все нет… Судя по переписке, сегодня он встречается с Милой — моей подругой. Она буквально двадцать минут назад отчиталась, что приготовила его любимый пирог. По моему, черт возьми, рецепту!

Сама же выпрашивала его у меня пару месяцев назад. Я тогда еще очень удивилась, потому что подруга не готовила практически никогда. Тем более пироги. С ее вечными диетами и спортзалом четыре раза в неделю — такая пища была вне закона.

Помню, я тогда еще пошутила, дескать не нашла ли она себе того, для кого готовить лакомства, наконец. Люда лишь отшутилась, а я сейчас понимаю, что рецепт она, наверняка, выпрашивала для моего мужа…

Самое удивительное, у нее никогда не было отбой в поклонниках. Новые мужчины в ее жизни появлялись с завидной регулярностью, но отчего-то не задерживались. Мила утверждала, что не хочет размениваться по мелочам и все еще не теряет надежды найти “принца”, а сама в это время сношалась с моим Ильей…

Интересно, меня когда-нибудь перестанет тошнить от этого? Каждый раз, когда представляю их вместе…

— Эй, ты чего позеленела? — спрашивает сестра.

— Тошнит, — морщусь я. — Как представлю… как вспомню эти фото…

— Ну же, солнце, не доводи себя, — с участием просит. — Я, вообще, считаю, что чем быстрее ты об этом забудешь, чем быстрее вычеркнешь их обоих из своей жизни…

— Нет, — в который раз повторяю. — Даже если я уеду на Северный полюс и никогда в жизни их больше не увижу… я не смогу вытравить это из своей головы. Не забуду, Юль.

— И месть тебе поможет? — скептически интересуется она.

— Не знаю, — пожимаю плечами. — Вряд ли она поможет забыть, но… возможно, оставив их ни с чем, я буду чувствовать себя чуть менее использованной… Следы их грязных ботинок, конечно, навсегда останутся на моей душе, но… я тоже хочу потоптаться на них, Юль. Хочу, чтобы они не думали, что это нормально вот так вот, за моей спиной!

Вообще, я не склонна во всем винить соперницу. Знаю, что в фильмах часто гнев “рогатой” героини направлен именно на любовницу. Я же не стремлюсь снять вину с мужа и представить его несмышленым теленком, которого “увели”.

Но в данный момент я ненавижу их обоих примерно одинаково. Люда, возможно, не виновата в том, что мой муж оказался таким козлом. Но она виновата в том, что все это время честно смотрела мне в глаза, приходила в наш дом, притворялась моей подругой.