Онлайн книга «Цветок печали и любви»
|
…Аполлинария пересказывала мне испепеляющую сознание встречу с Боренькиной бабушкой уже третий раз, а я пребывала тем самым тупым обывателем, который никак не мог постичь шекспировского сюжета. Кстати, любая правда непосильна для обывателя. Он отвык от нее… — Вы уверены, что правильно расслышали? Что же получается, Лариса – суррогатная мать, прости господи?! «Кто такой Марко?» – пульсировал внутри меня вопрос, но пока не пришло время теневого героя, и я гневно себя поправила: — Полли, простите за это слово! Конечно, Лариса была настоящей матерью! — Да ничего страшного! Нормальное слово. Тысячи женщин становятся суррогатными матерями, и в этом нет ничего постыдного. Они делают кого-то счастливыми. Это ведь хорошо… – Аполлинария на долю секунды соскользнула в растерянно-вопросительную интонацию, но потом вернулась в уверенную апологетику. – Просто у Ларисы вышло по-другому из-за того, что биологические родители устроили лютую бесчеловечность. Они не стали забирать, бросили Бореньку из-за его проблем со здоровьем… И представляете состояние женщины – остаться с чужим больным ребенком на руках! Она-то мечтала купить домик на море и поселиться там с дочкой, а тут ей не деньги, а крест и вдобавок обвинение, что это из-за нее мальчик родился инвалидом… Как назойливые слепни, меня осаждали вопиющие вопросы, и среди них летал прекрасный махаон, бабочка моего мелкого женского любопытства о таинственном Марко, и я снова сдержалась, ибо не время! — Вот чего я не понимаю… Разве так можно? Разве ребенок по закону не принадлежит биологическому родителю? И разве имеет он право вот так его оставить… это ж чушь какая-то! Обвинять, что Лариса виновата… какая нелепость, ведь это их генетика! Посадить надо было этих уродов! — Ребенок по закону принадлежит женщине, которая его родила. Она вполне может его не отдать, чего так называемые биородители и боятся. В этом-то и заключается основной юридический казус подобных сделок. И никто ей помещать не сможет. Ну разве что… криминальным образом. Но здесь-то случилась ситуация противоположная, которой никто не ожидал. — Но как?! Все равно не понимаю! А почему же муж изначально не был против такого заработка жены?! Это же запредельная какая-то семейная идиллия, пардон за обывательский сарказм. Прямо-таки новый формат ячейки общества! Супруга зарабатывает суррогатным материнством, а супруг, допустим, альфонс нетрадиционной ориентации… — О боже, скажете тоже! Все не так! – Полли подавила смех праведным негодованием. – Они с мужем на тот момент были в разводе! И сошлись они потому, что… в общем, сначала Эдик уговаривал Ларису оставить мальчика в роддоме. Но она наотрез отказалась. Для нее Боренька стал родным, понимаете? — Это я как раз понимаю, – пробормотала я. Да, этот «бессмысленный подвиг» мне был трепетно близок… – И насколько я понимаю, тот самый отец, которого хотели выставить детоубийцей, он-то герой на самом деле?! Он вырастил ребенка, к которому вообще изначально не имел никакого отношения! Он не бросил жену, причем бывшую, в этой дикой истории… Да ему орден надо дать, а вы его шельмовать собирались! — Изначально он, конечно, большой души человек, и я снимаю перед ним шляпу! Но что же в итоге случилось с Борей? Лариса думает, что это была передозировка. Кто-то же ее устроил… Хотя сейчас она уже в этом сомневается. |