Книга Холод татами, страница 37 – Женя Онегина

— Ксю… – он выдохнул мое имя, – я больше не выдержу.

Он вышел из душа и поставил меня на пол. Отстранившись всего лишь на мгновение. Но я задрожала. От холода и напряжения. Задрожала так, что застучали зубы. От недавней неги не осталось и следа. Артур схватил огромное полотенце и завернул меня в него. Тщательно растер все тело и, снова подхватив на руки, толкнул дверь ногой. У лестницы я попыталась отвоевать себе немного свободы, но Жданов закрыл мне рот поцелуем, крепко прижав к себе. Отпустил меня только в спальне.

Скомандовал:

— В постель. Немедленно.

Но я замешкалась, глупо захихикав.

Он стрельнул на меня взглядом, в котором блеснула сталь, и звонко шлепнул по ягодицам. Хорошо зная его характер, я юркнула под одеяло с головой и замерла.

Прогнулся матрас. Он лег рядом, приподняв одеяло и притянув меня к себе. Его руки скользнули на грудь, прошлись по животу и спустились ниже. Он подмял меня под себя, нежно поцеловал и замер, все еще предлагая выбор. Я подалась бедрами ему навстречу и прошептала:

— Ты же помнишь? Я люблю тебя…

И Жданов сдался.

Сдался своим чувствам.

Сдался мне.

Нет, он еще пытался сделать вид, что не утратил контроль. Но его руки говорили об ином. Они были везде, сводя с ума и не давая ни мгновения передышки. Его дыхание стало рваным, а взгляд затуманился. Я извивалась, стонала под ним, пытаясь хоть немного подстроиться под его ритм, а с губ Артура все чаще срывались хрипы. Его поцелуи становились все более требовательными, а пальцы с силой сжимали бедра.

— Артур… – Я не узнавала свой голос.

Севший. С надрывом.

Он услышал. Резко выдохнул, на мгновение отстраняясь, а потом напряжение, что тугим узлом скрутило низ живота, ударило по нервам, горячей волной разливаясь по всему телу. В голове стало пусто. Он лег рядом и коснулся моей щеки.

— Ты что, плачешь?

— Тебе показалось, – я постаралась улыбнуться.

— Я не знал, что ты такая плакса, Ксю. – В его взгляде было столько нежности, что сердце пропустило удар.

— Я люблю тебя…

— После всего, что я натворил? – Он засмеялся немного грустно. – Я люблю тебя, Ксю…

Он говорил еще что-то. Странные глупости, что совсем не вязались с его характером. Его руки мягко обнимали меня, словно укачивая, и я провалилась в сон.

Я проснулась на рассвете. Жданов спал рядом, зарывшись лицом в мой затылок и закинув ногу мне на бедро. Вчерашний день пронесся перед глазами и отдался болью во всем теле. Напряжение перед боем, поединок Игоря, отчаяние, охватившее меня в квартире – казалось, что все это не могло быть правдой.

Жданов вздохнул и перевернулся на спину. Я замерла. Будить его не хотелось. Он устал, устал не меньше меня. Но приехал, когда я его попросила. И отвез в удивительное место. Я хотела туда вернуться, в старый дом на заливе, где мой любимый провел детство. Куда привез меня, когда нам обоим было тяжело.

— Почему не спишь, Ксю? – Он все-таки проснулся. – Что-нибудь болит?

— У меня все хорошо, – повернулась к нему и встретилась взглядом с внимательными серыми глазами. – Все хорошо, Артур, правда.

Я коснулась рукой его щеки, на которой темнела щетина.

— Колючий, – попыталась придать голосу побольше беззаботности.

— Почему не спишь?

— А ты?

— Переживаю, что ты сбежишь. – Он улыбался, но в глазах застыл вопрос.