Книга Холод татами, страница 89 – Женя Онегина

— Ты точно готова работать со мной? – спросил Жданов, когда запыхавшаяся девочка рухнула на ковер. Лада кивнула.

— Тогда отжимаемся. Двадцать раз, – бесстрастно произнес Артур.

Не спуская с мужчины хмурого взгляда, Лада медленно сняла перчатки и встала на кулаки.

— Считаешь сама.

Она справилась. Поднялась, вежливо поклонилась по уставу, не проронив ни слова.

— Послезавтра жду тебя за полчаса до начала общей тренировки. Сможешь?

Лада молча кивнула.

— Далеко пойдет девчонка, – проговорил Жданов, когда дети вышли из зала.

— Если не сломается, – заметил Владислав.

— Я не сломаю, если ты об этом.

— Зачем она тебе? – спросила я.

— Мне? Ни к чему. Но у нее сильный характер, и я могу помочь ей. Я хочу помочь ей, Вера. И она этого хочет. Стать лучшей, оставаясь собой.

На следующий день, воспользовавшись короткой передышкой, которую обычно дарило утро субботы, мы с Максимом, взяв по стаканчику латте, гуляли вдоль моря. Погода была на удивление светлой и теплой.

— Как давно ты знаешь Артура? – спросила я, заставив Русланова удивленно вскинуть брови, а заодно и испуганно сжать кофе в руках.

— Достаточно. Лет восемь, наверное. Мы познакомились в университете, – осторожно ответил мужчина.

— Он тоже изучал океанологию?

— Мы ходили в один зал, – Макс сделал вид, что не заметил моей иронии.

— И?

— Что?

— И что было потом?

— Ничего. Разговорились. Начали общаться. Пару раз встретились после занятий.

— И случилась любовь?

— Ты издеваешься? – спросил Макс, и я наконец уловила раздражение в его голосе.

— Нет, просто интересно, с чего начинается настоящая крепкая мужская дружба в двадцать первом веке.

— С того же, с чего и во времена мушкетеров, – произнес мужчина. – Со смерти. У Артура погиб друг.

— Во время поединка? – пробормотала я, ругая себя за любопытство последними словами.

— Это не моя история, Вер, – ответил Максим и взял меня за руку. – Он сам расскажет, если посчитает нужным. Мы познакомились в то время, когда Жданов был зверем. Молодым, сильным, озлобленным на весь мир. И он мстил, Вер. Мстил себе в первую очередь, изводил себя тренировками и не щадил противников. А потом ему попался тот самый паренек, совсем мальчишка. И я остановил бой. Не рефери, не угол противника. А я. Я помог Артуру снова стать нормальным человеком. А он помог мне.

— Почему вы оба снова и снова возвращаетесь на ковер? – спросила я, пытаясь осмыслить ту боль, что пережили эти двое.

— А почему Владик принял мое предложение, не знаешь? Потому что просто так взять и уйти не получится. Потому что холод татами под босыми ногами невозможно забыть. Спроси как-нибудь об этом у Ксю.

— У нее тоже есть в запасе страшная история?

— Еще какая!

Стало ясно, что больше Русланов ничего не расскажет. Я аккуратно пощекотала его ладонь, и он ответил мне смущенной улыбкой.

Я повисла на его локте, подставляя губы для поцелуя. Русланов немедленно принял мое приглашение, но я заметила тень облегчения, мелькнувшую в его взгляде.

— Можете выдыхать, Максим Александрович. Я больше не стану вас пытать! – прошептала я ему в губы.

— А я больше не поддамся, можешь не стараться! – заявил Русланов, прижимая меня к себе.

— Совсем-совсем?

— Угу! Лимит на откровения исчерпан.

Я обиженно надулась. Но Максим явно решил сменить тему.