Книга Дом на краю, страница 26 – Женя Онегина

— Альпы… – выдохнула Соня.

Но Кирилл не успел ответить, «свифт» снова нырнул в тоннель. Теперь короткий. А потом Австрия закончились. Перед ними вырос пограничный пункт. Кирилл сбавил скорость, но их так никто и не остановил, хотя бы для проверки документов. Они въехали в Словению.

— Три страны за один день, – задумчиво проговорила Соня и улыбнулась, – смешно.

— Было бы смешно, – отозвался Кир, – если бы не было так грустно. Я планировал остановиться на Варшаве.

— Ты планировал провести сегодняшний вечер за просмотром матча и подсчетом прибыли, если мне не изменяет память, – усмехнулся Митька.

— Три года назад я обещал провести этот вечер на площади Сан-Марко, – признался Кирилл.

— Ты думаешь, Настя уже там?

— Я уверен. Я посмотрел. Паром из Пирана ходит каждую субботу.

— Значит, нам не надо в Пиран? – осторожно спросила Соня.

— Нет! – ответил Кир и добавил: – Мы едем в Венецию!

И Соня не удержалась и захлопала в ладоши! Ника радостно подхватила. Кирилл смотрел на довольных девочек и улыбался. Венеция! Его жена всегда умела добиваться своего.

Обедали они на озере Блед.

Едва перевалило за полдень. Кирилл, сытый и поэтому умиротворенный, спустился к озеру. Устроился прямо на траве, глядя на таинственный замок на острове. Любопытный белоснежный лебедь подплыл совсем близко к берегу, взмахнул крыльями, привлекая внимание, вытянул изящную шею. Кирилл не смог сдержать усмешки, глядя на хитрого попрошайку. К сожалению, с собой у него ничего не было. Маленький кусочек белого хлеба упал на воду, мгновенно заставив птицу отвлечься. Кир обернулся. Соня подошла неслышно. Или это он полностью погрузился в свои мысли? Молча села рядом, обняв руками длинные ноги и уткнувшись подбородком в округлые коленки. На щеках девушки проступил нежный румянец, и Кир, против воли, сглотнул.

— Ты слышишь колокольный звон? – спросила Соня, не отрывая взгляда от озера.

— Слышу, конечно, – Кир пожал плечами, – он звонит каждую минуту.

— Люди все еще верят в вечную любовь?

Кир сорвал травинку, покрутил в руках и, не удержавшись, провел ею по голой руке девушки. Она поежилась, но ничего не сказала. Он смотрел на ее профиль, на тонкий прямой нос, на острое маленькое ушко, дерзко торчащее среди распущенных фиолетовых прядей, и тонкие золотые колечки в нем.

«Настоящий маленький эльфенок. Юный, ершистый и еще глупенький», – подумал Кир с необъяснимой нежностью, а вслух произнес:

— Ты не веришь в любовь?

Соня резко повернула голову и уставилась на него своими синими глазищами. Он улыбнулся безмятежно. Уже зная, что бросает вызов.

— Шутишь? – спросила она резко.

— Ничуть. – Он усмехнулся, немного горько.

— Это все выдумки. Старые глупые сказки! – горячо возразила Соня. Она хотела было подняться, но Кир не дал. Схватил ее за руку, дернув на себя. В нелепой попытке отстраниться она неуклюже завалилась на бок, но мужчина притянул девчонку к себе. Она дернулась. Раз, другой. Пытаясь освободиться. И, смирившись, затихла. Кирилл молчал. Только держал крепко. Но вот послышался судорожный вдох, и девчонка разрыдалась. Глухо. И безнадежно. Он мягко гладил ее по плечам, и от этих касаний кожа Сони под его пальцами покрывалась мурашками. Она горько всхлипывала, спрятав лицо у него на груди. Кирилл только крепче прижал ее к себе. Над озером снова загудел колокол. Лебедь бросил на Кирилла осуждающий взгляд, кокетливо взмахнул крыльями и отвернулся, потеряв к ним всякий интерес.