Книга Дом на краю, страница 37 – Женя Онегина

Он снова притянул девчонку к себе и погладил по волосам. А потом шепнул ей на ушко:

— Все еще можно исправить! И твой папа простит тебя. И наш тоже. Если Митька вернется в университет.

— А это ты откуда знаешь?

— Я старый и очень мудрый старик, Соня. Я все знаю!

— Даже того, кто сегодня победит в финале?

— А для этого у меня есть специально обученные люди! – засмеялся Кир. – Кстати, спасибо, что напомнила. Мне нужно сделать один телефонный звонок, и мы возвращаемся на Piazza San Marco.

— Мне нужно в город, Кир. Обещаю, что буду на Venezia Tronchetto Parking через два часа.

— Я могу тебе верить? – Кирилл подозрительно посмотрел на нее.

Она только закивала в ответ.

— Хорошо. Так и передам Нике.

Соня почему-то покраснела.

Сойдя с вапоретто на Piazza San Marco, Кир купил себе сахарный рожок с тремя шариками пломбира, отдав за него почти десять евро. Мороженое было потрясающим. Как и город, который теперь наблюдал за ним с немым удивлением.

— В конце концов, я взрослый самостоятельный финансово-независимый мужчина. Неужели я не могу позволить себе порцию мороженого? – спросил Кир у Святого Марка и рассмеялся.

Настя, Митька и Ника ждали его у отеля. Настя заметно нервничала, Митя держал Нику на руках и что-то шептал ей на ушко. Дочь первая увидела Кира и радостно захлопала в ладоши:

— Не нашел? – глухо спросил Митя, едва Кирилл приблизился к ним.

— Нашел. И надеюсь, что вернул. – Кирилл хлопнул его по плечу и протянул руки, чтобы подхватить Нику.

Настя смотрела на него с подозрением. С дочерью на плечах Кир подошел к жене и поцеловал. Сказал, не отводя взгляда:

— Настя, я люблю тебя.

Она улыбнулась и уткнулась лбом в его грудь.

— Нам пора, – напомнил Митя.

— Мы готовы, – ответил за всех Кирилл.

Когда они дружной толпой добрались до Venezia Tronchetto Parking, Соня уже была там. Стояла у розового «свифта» и улыбалась. Немного грустно. И сконфуженно. Безропотно позволила Мите сгрести себя в объятия, первая потянулась за поцелуем, который теперь грозил затянуться на неопределенное время. А когда Кирилл кашлянул, напоминая, что они не одни, подняла на него полный вызова взгляд. И Кириллу почему-то стало ужасно неуютно. Перед глазами стояли разметавшиеся по траве фиолетовые пряди. Кирилл сжал Настину ладонь и поднес к своим губам. Жена доверчиво прильнула ближе, подставляя щеку для поцелуя, но Кирилл нашел ее рот и накрыл своим. Где-то рядом отчетливо фыркнула Соня.

— Где ты была? – спросила у нее Ника и дернула Кирилла за руку, требуя отпустить.

И наваждение спало.

— Я искала единорога, – ответила Соня, оторвавшись от Митяя и присела на корточки, раскрывая объятия.

Ника тут же кинулась к ней, уткнулась в шею и спросила громким шепотом:

— Нашла?

— Мне сказали, что я уже взрослая, и не смогу их увидеть, – ответила Соня грустно и потянула за тонкую цепочку на шее, на которой блестела крошечная фигурка единорога.

— Что это? – Ника потянулась к фигурке.

— Единорожка, – сказала Соня и улыбнулась.

— А она чья? – спросила Ника.

— Ничья, – пожала плечами Соня, а потом расстегнула замочек и протянула украшение девочке. – Хочешь, я подарю ее тебе?

Ника оглянулась на родителей, и Кирилл одобряющее кивнул.

— Хочу, – ответила девочка.

Соня несколько раз обмотала цепочку вокруг тонкого детского запястья. Чмокнула Нику в щеку, поднялась и наконец посмотрела прямо на Настю. Склонила голову на бок, явно оценивая, и проговорила ядовито: