Книга Немного больше, чем любовь, страница 72 – Женя Онегина

Алевтина несильно ткнула его кулаком в бок.

— Ты уснул?

— У тебя есть собака? – вдруг спросил Павел.

— Нет, конечно. Папе только собаки не хватало.

— А у нас две. И кот. Лысый кот.

— Сфинкс?

— Сфинкс, – подтвердил Павел. – Его зовут Снежок.

Алька захихикала, уткнувшись носом ему в плечо.

— Так вот… У меня есть сестра Агата… И однажды на причале она встретила Янека Берга.

— А что она делала на причале? – спросила Алевтина.

— Смотрела на яхты, наверное. Или кормила чаек. Не знаю. Вот ты что делаешь на причале?

— Папу жду… – проговорила Алевтина и подозрительно хлюпнула носом. – А что было потом?

— Он ее похитил со званого ужина и увез на эту самую яхту. А потом они попали в шторм и еле спаслись…

— Врешь!

— А вот и не вру! – обиделся Пашка. – А однажды, тем же летом, меня покусали пчелы…

Они еще долго болтали ни о чем, вспоминая всякие глупости и смешные истории. Потом Пашка лег на спину, а Алька устроилась рядом и взяла его за руку.

Светало. Теплые утренние сумерки заполнили собой всю каюту.

— А вдруг он не придет? – сонно проговорила Аля, и, словно опровергая ее слова, снаружи раздались торопливые шаги. Кто-то спрыгнул на палубу «Флиппера». Где-то совсем рядом заурчал мотор. Послышался глухой удар корпуса о понтон, всплеск волн, и яхта направилась к выходу из марины. Алька задрожала и прижалась к Паше теснее. А он до крови закусил губу, стараясь не выдать свой страх. Павел Колбецкий всегда был осторожным, и он никак не мог понять, как за столь короткий срок он умудрился влипнуть в сомнительную историю как минимум дважды.

«Флиппер» тем временем развернулся и теперь набирал ход. Алевтина и Паша переглянулись, пытаясь сообразить, стоит ли идти сдаваться или еще рано?

Промаявшись еще минут пять и решив, что яхта уже достаточно удалилась от берега, Пашка решительно поднялся и направился к выходу из каюты. Алька, по привычке ссутулившись, шла следом.

Берг был в ярости.

Берг был в бешенстве.

Паша никогда не думал, что одним своим присутствием может довести человека до такого состояния.

Ему даже показалось, что Яна сейчас хватит удар. Или он начнет, подобно дракону, извергать пламя.

Алька же превратилась в маленького ершистого ежика, и, только посмотрев на нее, Павел вспомнил, почему оказался на борту «Флиппера».

— Ну Колбецкий! От тебя я такого не ожидал! – прорычал Ян, когда к нему вернулась способность разговаривать.

— Ян!

— Что? – прорычал мужчина, и юноша попятился, споткнулся и упал на расположенные на корме сиденья.

Ян устало потер руками лицо, вздохнул и проговорил уже спокойно:

— Кажется, я знаю, кто подбил вас на эту затею….

Пашка отвернулся и с независимым видом уставился на море…

— Если Инга думала, что таким образом ей удастся вернуть меня в порт, то она сильно ошиблась, – пробормотал Берг. – И пусть после этого Колбецкие и близко не подпустят меня к своему потомству!

Пашка побледнел, а Алька подняла на мужчину полный обожания взгляд.

— Знать бы еще, в чем я так провинился в прошлой жизни… – пробормотал Берг и добавил газу.

«Флиппер» рванул вперед.

Пашка сидел на корме, подставляя лицо ветру, и жадно глотал холодный соленый воздух. Рядом с ним подозрительно притихла Алевтина.

Выброшенный на берег катер береговой охраны Пашка узнал сразу: темный корпус, покрытый каплями влаги, и ярко-оранжевая полоса, разрывающая дымку предрассветных сумерек.