Книга Зима, любовь, экстрим и хаски, страница 23 – Женя Онегина

— Ты охренел? – загрохотал Костик. – А если мужики спьяну потонут?

— Это не мужики, – ответил я. – Это две девочки-походницы. Им ночь с видом на дикую природу важнее теплого сортира.

— Одних их там оставлять не страшно? – нахмурилась Ольга.

— В лесу? – не понял я.

— В лесу, да. Там темно, глухо и связь плохая.

— Значит, придется кому-то во второй хижине ночевать, – пожал я плечами. – Разберемся в процессе! Главное, костер, дрова, пледы и звездное небо.

— И глинтвейн? – подсказала Алена.

— И глинтвейн, безалкогольный, – согласился я. – Артемий, твой выход.

— А что сразу мой? – насупился друг. – Что скажут, то и будет.

— Темаааа…

— Чуть что, сразу Тема! Завтрак будем подавать в номер. Надо, чтобы у всех была возможность комфортно поесть. Стол, стулья там. Или удобное кресло.

— Сделаем, – кивнул Костя.

— Обеды… Обед будет после развлекательной программы. Надо что-то из местной карельской кухни. И сытный. Алена сказала, что все знает. Так что ближайшее время буду ставить на вас эксперименты. А вот где накрывать обед – я не придумал.

— Варианта на самом деле два, – сказал Буров. – Либо в гостиной большого дома. Один большой общий стол. Или же перед желтым коттеджем, там, где летом столики стояли, установить вот эти… Ну прозрачные!

— Купольные беседки! – догадался я. – А это мысль. И потом их можно сдавать в аренду!

— Сначала взять в аренду, а потом сдавать в аренду, – усмехнулась Воронцова. – Кстати, если Артемий позволит, внесу предложение в меню. А что, если вместо одного ужина, организовать шашлыки. С размахом.

— Это мысль, – одобрил я. – На второй день. А на третий – типа капитанского.

— Вечерние платья, литры игристого и торт? – уточнил Тема.

— Именно!

— Да будет так, Царевич! – произнесла Зоя. – Если ты считаешь, что все это спасет “Медвежий угол”, то я не против.

— Безумно рад твоей поддержке! – ответил я и подмигнул Воронцовой. Та уже привычно покраснела. – Иван и Дима, жду от вас программы для наших экстремалов. Костя, то же самое, но касаемо Маргариты. Оленька, на тебе наши ангелочки. Будь терпима к их слабостям! Можешь пару раз уронить их в сугроб, но не больше! Зоя, на тебе Козловские. А Катю с Юлей я беру на себя.

— Катя с Юлей – это походницы? – уточнила Воронцова.

— Ага, – ответил за меня Артемий и противненько так улыбнулся.

— Ален, ты балбесу этому с кухней поможешь? – поспешил я перевести разговор на другую тему. – И нужно с поставщиками разобраться. Кстати, Зой. Лицензии на продажу алкоголя у нас же нет?

— Нет, только на пиво.

— Ну так даже лучше.

— В понедельник в Петрозаводск съездим, Дань, – предложил Буров.

— А сегодня у нас что? – вдруг опомнился я.

— Сегодня пятница. Заезд ровно через две недели, – пришел мне на помощь Артемий.

Ребята тревожно переглянулись.

— Отставить панику! – скомандовал я. – Мы все успеем.

— Конечно успеем, – поддержала меня Алена. – Поэтому все марш заниматься делами. Завтра тяжелый день, а до окончания заезда выходных у нас не предвидится.

— Спасибо, – поблагодарил я Алену, когда кухня опустела.

— Дань, я очень хочу, чтобы в “Медвежьем углу” закипела жизнь. Если ты действительно считаешь, что это возможно, я поддержу все твои идеи. Это возможно, Царевич? Спасти “Медвежий угол”?

— Возможно, – ответил я, честно глядя в ее глаза. – И я сделаю для этого все, что в моих силах. Правда.