Книга В разводе. Лоскутное одеяло сердца, страница 20 – Лана Полякова

Это мама включила освещение во дворе.

Наобнимавшись вдоволь и, отпуская себя рядом со счастливым собакиным, я уже в открытую улыбалась. Всё-таки никто и никогда не будет меня любить так беззаветно и преданно, как мой пёс!

Я завела серьёзную собаку после того, как к нам во двор ломились какие-то подозрительные личности. Когда дом стоит на отшибе и лес за забором не придаёт чувства безопасности, то невольно хочется завести в доме большого и грозного защитника.

С Триком я занималась дрессурой. И в нашей семье я безусловный начальник стаи. У нас даже есть собственный тренер, с которым мы познакомились на собачьей площадке.

Но как ни крути, а всё равно собака со временем перенимает черты характера хозяина. Вот и наш кобель игрив, шкоден и эмоционален сверх меры.

Для собакена в глубине двора огорожен вольер с утеплённой частью и чёрным входом в дом. Через который мы и вошли вместе, путаясь в ногах. Потому как расстаться после такой долгой разлуки не было сил ни у меня, ни у него.

И, пока мама мыла лапы нашему чудовищу, я уже обнималась с моим сокровищем, опустившись перед ним на колени для удобства.

— Мама! Ты плачешь как девчонка! – Возмутился мой мужчина.

— Ну я же девочка! – ответила сыну, вытирая щёки.

Антошка, деловито поджав губы, окончательно стер мои непрошеные слёзы и похвастался:

— А я выучил урок, что мне задали на каникулы в музыкалке!

— Покажешь? – восторженно попросила маленького хвастунишку.

— Конечно! – с энтузиазмом ответил сын и побежал за скрипкой.

С сентября сын посещает музыкалку и ему пока всё ужасно нравится. Мы записались на класс скрипки, купили хорошенькую восьмушечку и теперь с умилением слушали с мамой, как Антошка старательно выводит смычком по струнам мелодию, зажимая тоненькими пальчиками струны, и при этом, сложив губы в трубочку, тихонько напевает себе мелодию, помогая.

Это так трогательно, что моя мама незаметно стирает со щеки убежавшую слезу.

Когда все успокоились, поели и проговорили друг другу самые первые, важные новости, я пошла читать сыну сказку, а мама осталась делать нам чай.

Трик, крадучись, если вы можете представить себе крадущегося лося, просочился в спальню к сыну и спрятался в моих ногах.

— Мам, мы завтра сходим на ёлку? Спросил сыночек, переодевшись в пижаму и забираясь под одеяло.

— Конечно! – ответила, прикидывая, как он вырос, и пора бы уже обновить часть вещей.

— А на карусели? – сверкнул папиными глазами Антон.

— Посмотрим на погоду, — на всякий случай не стала обещать я.

Мало ли что случится, а обещания нужно выполнять.

— А в парк? – не отставал детёныш.

— Возможно, — аккуратно ответила, улыбаясь.

— А ты меня не бросишь? – внезапно проговорил сын.

— Нет, конечно! С чего ты это взял? – я с возмущением посмотрела на него и раскрыла руки, приглашая в объятия.

Антошка с удовольствием подскочил с кровати и прижавшись ко мне сказал:

— Павлику мама в садике сказала, что их папа бросил. Наш папа тоже убежал от нас?

Вопросы о папе периодически выплывали у сына. Но до сих пор мне удавалось виртуозно ускользать от ответа на них. Вот и в этот раз увернулась:

— Вот ещё! Куда он убежит? Он же не зайчик. Ты лучше расскажи мне, ты хочешь сходить на ту же ёлку, что вы ходили с бабушкой или на другую?

— А где есть другая? Конечно, я хочу новую! – Предсказуемо повёлся на мою подначку малыш.