Книга Развод. Учись жить без меня. Книга 1, страница 3 – Елена Валерьева

Галина почувствовала перемену и тоже обернулась.

И весь зал будто вдохнул.

Мирослава шла к ним медленно. Прямо. Красиво. С ледяной спиной, с поднятым подбородком, с огнем в глазах. Темно-винное платье облегало ее фигуру так, что округлившийся живот уже невозможно было не заметить. И именно это делало ее появление не просто эффектным — уничтожающим.

Слишком живая. Слишком настоящая. Слишком явная жена. Слишком явная мать его будущего ребенка.

Никто не смел сказать ни слова.

— Мира, — тихо произнес Леон, когда между ними осталось несколько шагов.

Вот только в этом зале больше не было мужчины, который называл ее так, и женщины, которая таяла от этого голоса.

— Продолжай, — сказала она спокойно. — Не останавливайся. Ты ведь ради этого все устроил? Чтобы я вошла в самый красивый момент?

Галина побледнела.

Константин Дерезин сузил глаза, как человек, которому не нравится, когда в сценарии появляется лишний персонаж.

— Мирослава, давай не здесь, — с нажимом произнес Леон.

Она перевела взгляд на Галину и улыбнулась. Так страшно, что та едва заметно отшатнулась.

— Не здесь? А где? Дома, где я жду мужа с ужином и ребенком под сердцем? Или в больнице, если мне станет плохо от того, что вы тут празднуете?

— Вы должны успокоиться, — вмешался Дерезин.

Мирослава медленно повернула к нему голову.

— А вы, должно быть, тот самый человек, который решил, что мою жизнь можно переписать поверх вашей сделки?

В нескольких метрах щелкнула камера.

Леон дернулся на звук.

— Уберите прессу, — резко бросил он кому-то.

— Зачем? — тихо спросила Мирослава. — Пусть снимают. У вас же сегодня официальный вечер. Красивая история. Перспективный мужчина. Юная невеста. Только жена не по сценарию пришла. Неловко получилось, да?

Галина судорожно сглотнула.

— Я не хотела, чтобы все вот так…

Мирослава посмотрела на нее с такой яростью, что у той оборвалась фраза.

— Не хотела? А как ты хотела? Чтобы я тихо исчезла? Освободила место? Благословила вас, пока он еще пахнет моим домом?

Леон шагнул ближе.

— Мира, прекрати.

— Нет, — отрезала она. — Сегодня — нет.

Он посмотрел на ее живот, и на секунду в его глазах мелькнуло что-то похожее на боль. Но Мирослава уже не могла этому верить.

— Ты могла навредить себе, приехав сюда.

— Мне навредил ты.

Эта фраза прозвучала негромко, но ударила сильнее крика.

Даже музыка оборвалась.

Теперь на них смотрел весь зал. Без стыда. Без деликатности. С тем жадным, хищным интересом, с которым люди всегда наблюдают чужую катастрофу, пока уверены, что их самих она не коснется.

Мирослава оглядела лица, блестящие от любопытства, и вдруг поняла: ей уже нечего терять.

Ни достоинства. Ни спокойствия. Ни доверия. Ни того будущего, которое она обнимала по ночам, прижимаясь к мужу.

Все уже сгорело.

Оставалась только она сама.

И ее месть.

— Поздравляю, — сказала она Галине так тихо, что та невольно подалась вперед. — Ты получила мужчину, который способен продать беременную жену за доступ к нужному столу. Береги его. Таких мало.

— Мирослава! — процедил Леон сквозь зубы.

Она размахнулась и ударила его по лицу.

Звук пощечины разлетелся по залу, как выстрел.

Никто не пошевелился.

Леон медленно повернул голову обратно. Щека у него покраснела. В глазах вспыхнуло что-то темное, опасное, но Мирослава уже не боялась.