Книга Разбей мое сердце, страница 56 – Ольга Дашкова

— А тебе какое дело? – спокойно отвечаю. Слишком спокойно.

Парень усмехается.

— Да так, просто слушаю, как богатенький мальчик плачется в жилетку. Забавно.

Богатенький мальчик? Реально? Он даже не знает, насколько он не прав. Но сейчас мне плевать на справедливость. Сейчас мне нужно на ком-то выместить всю ту ярость, которая копилась во мне неделю.

— Макс, – говорю тихо, не отводя взгляда от парня. – Допивай. Мы уходим.

— Что, испугался? – продолжает парень. – Папочка не научил драться?

Встаю. Медленно, не торопясь. В голове все плывет от алкоголя, но злость отрезвляет лучше любого кофе.

— Данил, не надо, – шепчет Макс. – Их четверо.

— И что? – отвечаю, подходя к их столику. – Думаешь, я не справлюсь?

Парень тоже встает. Он выше меня сантиметров на пять и шире в плечах. Но я не боюсь. Наоборот, мне хочется боли. Хочется почувствовать что-то, кроме этой пустоты в груди.

— Слушай, богатенький, – говорит он, приближаясь вплотную. – Лучше извинись и убирайся отсюда. А то папочке будет стыдно за сыночка.

Папочка. Он снова упоминает отца. Если бы он только знал… Но вместо объяснений я просто улыбаюсь. Той улыбкой, которая всегда предшествовала неприятностям.

— А знаешь что? – говорю негромко. – Ты прав. Папочка действительно не научил меня драться. Зато научили другие люди. Менее приятные люди.

И я бью его. Резко, коротко, в солнечное сплетение. Он сгибается пополам, хватая ртом воздух. Его друзья вскакивают с мест.

— На улицу, – рычит один из них. – Сейчас же!

Бармен кричит что-то про полицию, но мне уже все равно. Адреналин смешивается с алкоголем, создавая опьяняющий коктейль. Я чувствую себя живым впервые за неделю.

Мы вываливаемся на улицу. Прохладный воздух обжигает лицо, но не отрезвляет. Парни окружают нас с Максом полукругом.

— Сейчас мы вам покажем, как разговаривать со старшими, – говорит тот, которого я ударил.

Первый удар прилетает справа. Уклоняюсь, отвечаю хуком в челюсть. Второй парень пытается схватить меня сзади, но я освобождаюсь и бью локтем в ребра.

Вся боль, вся злость, все разочарование недели выливаются через кулаки. Каждый удар – это мысль о Вере. О ее глазах, полных понимания. О ее словах, которые проникли под кожу и засели в мозгу.

Получаю удар в скулу, отвечаю апперкотом. Губа разбита, из носа течет кровь, но я продолжаю драться, Макс рядом тоже не отстает. Потому что это единственный способ заглушить ту боль, которая грызет изнутри.

Внезапно слышу сирены. Полиция. Черт.

— Стоп! Всем стоп! – кричит кто-то из полицейских.

Но остановиться уже нельзя. Адреналин требует продолжения. Я замахиваюсь на того парня, который назвал меня богатеньким мальчиком, но чьи-то сильные руки перехватывают мои запястья.

— Всех в машины! – командует старший по званию.

Нас сажают в разные машины. Макс пытается что-то объяснить, но его не слушают. Холодные наручники сжимают запястья, и только тогда до меня доходит, что я наделал.

В отделении нас рассаживают по разные стороны коридора. Парни злобно косятся в нашу сторону, но молчат. У меня разбита губа и, кажется, сломан нос, Макс тоже выглядит «красавчиком». Но физическая боль ничто по сравнению с той пустотой, которая снова накрывает меня.

Дают возможность сделать один телефонный звонок. Надо бы позвонить Диане – у ее отца есть связи, он бы решил проблему за час. Но мои пальцы сами набирают другой номер.