Книга Арахнид, страница 104 – И. В. Офелия

— Не хочешь же ты, чтобы остался шрам? – Я подмигнул.

Глаза ее покраснели, и от этого синева радужек стала еще пронзительней, красивее. Она свела брови, едва заметно дернув уголком рта. Ее пальцы скользнули по моей скуле – я вздрогнул.

— Твоя забота… Она временна?

— Не понимаю, о чем ты.

— Она исчезнет, когда ты получишь все, что хотел?

— Я всегда получал желаемое, какой бы ни была цена, – усмехнулся я. – Но ты стоишь дороже.

«Для меня,– мысленно добавил я.– Ты стоишь дороже для меня».

Она помолчала, покрутила непослушную прядь моих волос, заправила ее обратно. От прикосновения ее ногтей к коже в горле зародился едва слышный щелкающий звук.

— Можно я останусь у тебя на ночь? – шепнула она.

— Ты могла бы и не спрашивать.

— Я сейчас не выдержу этот дом, там слишком много людей. – Алина отвела взгляд, и желваки на скулах напряглись – верный знак, что ей совсем худо.

— Кстати… – Я натянул рубашку, поднял брюки и швырнул ей пальто, а следом туфли.

Она ловила каждую брошенную вещь, не сводя с меня настороженного взгляда. Бровь поползла вверх.

— Одевайся, – бросил я. – У меня кое-что для тебя есть.

— Что это? – Мне пришлось вытянуть шею, чтобы разглядеть громаду доходного дома передо мной, никак не меньше пяти этажей. Сайлас заставил меня тащиться сюда, к самому парку, ради этого.

Здание было высоким, прочным, кирпичным. Крепким, скорее утилитарным, нежели красивым. Но даже если облик его и был неказист, сама постройка казалась основательной. Надежной.

Городок вокруг нас застыл в тревожной, всеобъемлющей тьме.

Города не должны быть настолько безмолвными. Здесь положено гулять людям, положено кипеть жизни. Страх перед подобным местом – замершим, выпавшим из времени и естества – заложен в нас эволюцией. Как перед лесом, что молчит в самый зной.

— Идем. – Сайлас указал жестом и отпер входную дверь наверху лестницы, хотя пришлось толкнуть ее плечом, чтобы непослушная створка поддалась.

Здание было обветшалым, запущенным. Длинный, узкий коридор вел от парадной в просторный холл. Первый этаж сплошь состоял из комнат. В центре высилась парадная лестница, уходившая на верхние этажи. Дерево в середине ступеней истерлось годами. Там, где когда-то лежала ковровая дорожка, защищавшая доски, цвет дерева был темнее, насыщеннее. По сторонам тянулись двери комнат, кое-где без номеров. Пахло плесенью и пылью, хотя я не сомневалась: колкий холодный воздух скрывал и другие, пока неведомые мне запахи.

Смотреть здесь было особо не на что, никакой красоты, однако полам можно было довериться – они оказались толстые, крепкие. Стены сухие, утеплены на совесть. Кирпич к кирпичу, кладка плотная. И крыша не протечет.

— Что ты хотел мне показать?

Я обернулась к Сайласу. Он стоял в дверях холла, разглядывая обветшалые стены.

— Ты спросила, чего я от тебя хочу.– Он вновь встретил мой взгляд.– Ты думаешь, я желаю тебя погубить, но мне кажется, мы могли бы быть… Как ты сказала много лет назад? Мы могли бы быть взаимовыгодны друг другу?

— И какую пользу это принесет мне?

Сайлас обвел взглядом холл, развел руки, указывая куда-то в пространство.

— Тебе не тесно в каморке, где ты живешь с дюжиной других женщин?

— Я спросила, чего ты хочешь от меня.

— Я и отвечаю. – Он сократил расстояние между нами. – Разве в твоих условиях не значилось, чтобы я заботился о твоем Гнезде?