Книга Арахнид, страница 63 – И. В. Офелия

Я выпрямилась, но не убрала оружие.

— Ты замерзла? – насмехался Сайлас, наклоняясь к ножу, но я держала его на расстоянии, не позволяя острию коснуться кожи.

Я не ответила.

Теперь он нависал надо мной, и эта близость напомнила, что, хоть он и был самым холодным человеком из всех, кого я знала, его тело оставалось теплым. Он принял мое нерешительное колебание как ответ и наклонился. Обхватил мою грудь, мягко сжав, затем его дыхание коснулось кожи, дразня теплотой. Он взглянул на меня, а я зажмурилась.

Губы прильнули к моей коже, мягко всасывая плоть. Затем сползли к соску, Сайлас ласкал его нижней губой, выжидая реакцию. Лишь когда мое дыхание выровнялось, он провел горячим языком по напряженному бугорку. Громкий, сдавленный вздох, вырвавшийся у меня, заставил его рассмеяться. Его хватка стала железной, и он вжал свои бедра между моих ног, лишив пространства для движения.

Мои глаза широко распахнулись, и я провела ножом по его щеке – тонкая линия медленно чернела.

— Слушай сюда, Существо, лучше не огорчай меня, – предупредила я.

— Если бы ты только позволила мне доставить тебе удовольствие.

— Ты приносил мне лишь неудовольствие, – выплюнула я.

Он подхватил меня, поднял и вогнал спиной в шершавую кору дерева. Я вцепилась ему в плечи, чтобы удержаться, но лезвие ножа уперлось ему в основание черепа. Сайлас втиснулся в меня бедрами, зажав мои ноги своими.

— Ты плохая лгунья, Алина, – прошептал он мне на ухо. – Если тебе так это ненавистно, прикажи мне остановиться, – бросил он вызов. Хватка была цепкой.

— Я испытываю к тебе отвращение.

Он усмехнулся, прижавшись лицом к моей шее, будто я каким-то образом ответила положительно.

— Мне кажется, тебе это нравится, – прошептал он.

— Нет. – Я сильнее вдавила нож в его кожу.

— Хотя бы твое тело не врет. – Его губы коснулись кожи. Я не понимала, этот жар – от мороза вокруг или от моей собственной чувствительности.

Я не видела его лица, но чувствовала все. Мне не требовалось видеть глаза Сайласа, чтобы знать, чего он ждет. Я выкроила для себя секунду, запрокинув голову на дерево. Пальто сползло с плеч, шершавая кора впивалась в обнаженную кожу, пока я принимала решение.

Медленно, обвив Сайласа ногами за талию, я подвинулась к выпуклости в его брюках. Даже при таком прямом приглашении нож по-прежнему был у меня в руке.

— У тебя всегда такой приятный запах, – проговорил он, медленно двигаясь напротив меня. Звучало так, будто он подавил стон, сдержал себя. – Но я не могу удержаться от желания утопить тебя в своем.

— Полагаю, так поступают псы. – Я повернула к нему голову, и он наконец встретился со мной взглядом, прежде чем снова двинуться.

Кора скребла спину, а глубоко внутри непроизвольно пульсировало тепло.

— С…

Его рука накрыла мне рот.

— Ни слова больше, – выдохнул он, разместив свои бедра между моих ног. Мне пришлось сжать их вокруг него. Нож по-прежнему касался его кожи.

Даже за этими угрожающими словами чувствовалось напряжение, Сайлас прекрасно ощущал опасность лезвия, готового содрать с него кожу при одном неверном движении. Его хватка была крепкой, дыхание – прерывистым, трепетным, будто ему не хватало времени на полноценный вдох. Обвила его ногами, и он начал медленно, почти мучительно, двигаться. То ли чтобы насладиться, то ли чтобы продлить мои мучения – с таким мужчиной, как он, никогда не угадаешь.