Книга Маскарад, страница 111 – Ирена Мадир

Похожее висит и в гримёрке Тины, поэтому зеркала до сих пор под подозрением. Да и альков расположен рядом с восьмой ложей, Призраку было бы удобнее посещать её, будь проход в его логово именно здесь. Но что он делает? Применяет магию?

Я оттягиваю юбку на бёдрах, стараясь не задеть ногтями колготок, и продолжаю рассматривать то раму зеркала, то его поверхность. Всё как всегда… Разве что тишина сегодня такая плотная, что почти окутывает.

Пустота коридоров кажется неестественной. Конечно, пока не удалось застать театр в разгар приёма гостей: сезон немного сдвинули и планируют начать с громкой премьеры – с «Маскарада». Однако поблизости всегда находились люди, музыка из зала хоть и слабо, но долетала и до кулуаров и фойе. Теперь же всё вязнет в жутковатом беззвучии, будто заставляя само время остановиться перед какой-то катастрофой…

Сердцебиение учащается, дышать становится всё труднее, и я не понимаю, почему: то ли это начало панической атаки, то ли привычное беспокойство, то ли предчувствие надвигающейся бури. «Покрути пуговицу трижды, иначе случится что-то плохое», – утверждает мой мозг, пытающийся справиться с тревогой с помощью бессмысленного ритуала, которому, я, естественно, следую. Иначе просто не могу.

Мои пальцы обхватывают пуговицу рубашки в районе груди и проворачивают её. Раз. В горле пересыхает, слух ничего не улавливает, но всё равно мерещится, что кто-то приближается. Два. Я смотрю в зеркало и замечаю, как шевелится партера у входа в альков, а нос щекочет аромат кипариса и горького миндаля. Тело застывает, а пальцы отпускают пуговицу.

Всё происходит быстро, однако мой мозг воспринимает каждую секунду, как нечто мучительно долгое. Я стою словно статуя у зеркала и слежу, как в отражении, прямо за моей спиной, появляется высокий мужчина в чёрном костюме. Тёмные волосы немного растрёпаны, падая на лоб, а правая сторона лица и нос скрыты чёрной маской.

Призрак!

Нужно бежать, звать на помощь, но я не шевелюсь, потому что гораздо более важным кажется рассмотреть левую сторону лица Призрака, не спрятанную ничем.

Теперь видно, что шрамы на подбородке, запомнившиеся с нашей последней встречи, проходят через всё лицо, ныряя под маску в районе носа и выглядывая выше. Один из этих шрамов заканчивается у глаза, а второй рассекает бровь. Заметно и острое ухо, выглядывающее из-за прядей слева, которое лишь доказывает природу Призрака – он Иной, тёмный эльф.

Его глаза разгораются, голова немного наклоняется, и теперь Призрак смотрит на меня исподлобья злобным взглядом. Зловещий эффект лишь усиливается, когда его верхняя губа приподнимается, словно он бешеный пёс. Эффект усиливает и то, что среди ровных зубов выделяются два немного удлинённых клыка. Забавно, как это я не почувствовала их при поцелуе?

Последняя мысль раздражает, и я морщусь. Сейчас не время для воспоминаний о поцелуях с Призраком! Он прямо за моей спиной, пялится с такой ненавистью, словно вот-вот убьёт. Может, он вернулся, потому что наконец решился расправиться с надоевшей ему Дикаркой? Я боюсь этого предположения почти так же, как боюсь собственной реакции. Во мне нарастает предвкушение от очередной встречи с ним. Я словно алкоголичка, понимающая, что пить вредно, но всё равно страстно желающая сделать ещё хотя бы один глоток вина.