Книга Маскарад, страница 210 – Ирена Мадир

Тина уже захлёбывается слезами и хватает ртом спасительный кислород. Её глаза косятся на меня с умоляющим выражением… Я смотрю на неё в ответ, пытаясь вложить во взгляд уверенность, дать понять, что спасу её, чего бы это ни стоило.

— Что тебе нужно, Рутил?

— Самая малость, Юна. Видишь ли, ты, похоже, выбрала не ту сторону. Прискорбно…

В открытую дверь входит сгорбившийся Ольсен, опомнившийся после боли. Он воровато оглядывает гримёрку, словно думает, что может украсть, но хоть не нападает.

— И ты даже не согласилась на малость: поболтать со мной, – продолжает Рутил.

— О чём же?

— У нас множество тем для беседы, детка. Мой племянник, например. Видел, вы сидели в ложе вместе и судя по тому, чем занимались… – Рутил многозначительно смолкает. – В общем, раз уж тебе нравится трахаться с тёмным, уверен, я тебя не разочарую. Опыта у меня побольше.

— Серьёзно? Ты устроил этот цирк ради ебли?

— Да, за словом ты в карман не полезешь… Видишь ли, это скорее не просто секс, это напоминание о том, где место Иолита. Он считает, что если это и не его город, то хотя бы его театр. Или что он может просто выбрать какую-то девку и считать её своей. Так вот это не так. Здесь нет ничего, что принадлежало бы ему. Всё это, от места в клане до твоей пизды, – моя собственность!

— Ты просто больной ублюдок с завышенным самомнением.

— Считаешь, стоит так говорить с тем, кто может перекрыть твоей сестричке доступ к воздуху, а потом трахнуть её труп и разделить милое тельце на мелкие кусочки? – скалится Рутил.

Меня потряхивает от страха и гнева. И почему Грета так долго?

— Кажется, ты не понимаешь, кто тут диктует правила, Юна. Что ж, малышка, – Рутил обращается к едва дышащей перепуганной Тине, – давай покажем твоей сестричке, что со мной следует считаться.

Он поднимает руку, и Тина отрывается от пола. Из края рта начинает течь слюна, а из горла вырываются жуткие хрипы задыхающегося человека. Ноги сестры дёргаются в рефлекторной попытке найти опору. Пальцы Рутила же сжимаются сильнее.

— Нет! Прекрати! – вскрикиваю я.

Он ухмыляется, явно довольный произведённым эффектом, и почти откидывает Тину, словно игрушку, в сторону. Сестра ударяется о стену, сползает по ней, судорожно глотая кислород.

— Теперь ты, кажется, понимаешь… – улыбка исчезает с лица Рутила, он хмурится, настороженно оглядываясь. – Это ещё что?

Не знаю, о чём он, но уже слышу осипший, едва слышный, голос Тины. Из приоткрытых губ вырывается лишь одно слово, и волосы поднимаются дыбом, ещё до того, как в пространстве задрожит первая буква. Я буквально чую, что грядёт.

— Юна, – слабо зовёт сестра.

Больше я не осторожничаю и не обращаю внимания ни на что другое. Мир сводится только к Тине и её закатывающимся глазам. Сестра заваливается набок, тело деревенеет, и я бросаюсь к ней, уберегая от удара об пол, и кладу руки под её голову, потому что больше подложить нечего. Тина выгибается и бьётся в судорогах, а я мысленно считаю секунда за секундой, едва слыша, что происходит вокруг, разве что слова Рутила пронзают пространство…

— Что за мерзость? Хотя это весёлое представление, – насмехается он за спиной.

Я сбиваюсь со счёта, когда носок его обуви пихает дёргающуюся ногу Тины. В этот момент моя голова резко поворачивается, я щерю зубы, как дикий зверь в ловушке, потому что сейчас не могу ничего сделать.