Книга Лёд и Сахар, страница 71 – Анна Эйч

— Забыла из какого дерьма я тебя вытащил? – чудовище, которого я когда-то считала своим принцем, наваливается на меня и начинает рвать платье, чтобы добраться до белья и изнасиловать меня – полуживую, истекающую кровью, которая медленно смешивается с водой, вытекающей из вазы.

— Забыла кто спас тебя от твоего отца-ублюдка?

Спас и сам таким стал.

Белые розы тонут в жиже из моей крови и воды, сломленные, выброшенные на стекло умирать они напоминают меня. Чудовище уже добралось до моего белья и раздвинуло ноги, полностью поглощённое своей грязной игрой. Оно возбуждено, а значит – уязвимо. Я собираю остатки сил и тянусь к вазе, так удобно лежащей в паре сантиметров от моего лица.

— Больше… никогда… – шепчу, стискивая стекло пальцами, в которых едва хватает силы удержать тяжёлый хрусталь. Набираю в лёгкие воздух и кричу что есть мочи: – Больше никогда не прикасайся ко мне! – и разбиваю вазу о голову больного ублюдка.

И это срабатывает. Мой кошмар перестаёт дышать. Или мне так кажется.

Огромное тело, в котором наутро узнают известного форварда «Чикаго Блэкхокс», заваливается на бок и падает без сознания, а я, не помня себя, с израненной спиной, порванным платьем, и без нижнего белья, хватаю чемодан, сумку с паспортом и вылетаю из квартиры, в которой, вероятно, только что совершила убийство.

Глава 25. Шрамы

Антон.

Я ощущаю приятную тяжесть от тела Сандры на своих руках, она полностью расслабилась, после того как рассказала мне страшные вещи о своём прошлом спокойной вкрадчивой интонацией. Я не перебивал, и ничего не уточнял, потому, что откровенно стал бояться за свою реакцию. Слушая и представляя, как она день за днём подвергалась насилию, просила взрослого мужика не делать ей больно, я захотел совершить самосуд. Когда начала говорить о том, как он её… Проклятие. Я даже выговорить в своих мыслях этого не могу, насилие и Сандра в одном предложении взрывают мои природные инстинкты защищать и наказывать. Красная пелена перед глазами не спала, когда она закончила свой рассказ, я всё ещё хочу его убить, но девушке, лежащей в моих руках, ни к чему эти геройские выпады, поэтому я только сильнее прижимаю Сандру к себе и снова целую любимые шрамы на нежной коже. Теперь я знаю их происхождение, и от этого люблю их ещё больше. Они напоминают мне, какая она сильная, смелая, несломленная, хоть ей порой так не кажется, она настоящий боец, человек, который идёт за своим счастьем и берёт судьбу в свои руки.

Ей не нужен герой, но я бы хотел занять вакансию хотя бы серого кардинала, невидимого телохранителя для лишней безопасности.

— Ты больше его не видела? – осмеливаюсь спросить я, убаюкивая хрупкую фигуру в своих объятиях.

— Нет, первые несколько лет я бегала из города в город, чтобы у него не было возможности найти меня, даже немного изменила внешность, отрастила волосы и покрасила их в более темный цвет.

— Ты блондинка?

— Не совсем, мой природный цвет – русый.

Я целую ее в макушку, закрывая глаза.

— Как ты здесь оказалась?

— Случайно, просто бежала как можно дальше и старалась не задерживаться долго на одном месте. Это помогло, за последние два года почти избавилась от панических атак, связанных со страхом случайно столкнуться с ним.

— Ты из-за этого ублюдка не любишь хоккей?