Книга Сердце на льду, страница 185 – Анна Эйч

— Узнала? То есть я не знала, кто он до этого?

— Нет, откуда? Он впервые появился здесь: у него было собеседование в спортивном центре.

— То есть нас познакомил не Картер… – говорю сама себе, пытаясь собрать все отрывки информации воедино.

— Кто?

— Неважно, – отмахиваюсь от вопроса подруги и задаю свой: – Подожди, так он тебе не позвонил в итоге?

— Конечно нет! Думаю, он и не собирался.

— Но почему тогда стаканчик сохранил?

— Сена, у тебя вместе с памятью ещё и логическое мышление пропало?

— Не надо бить лежачего! – фыркаю я на подругу. – А как я ему стакан передала?

— Поставила на стол и убежала. Но он тебя увидел и догнал.

— И что было потом?

— Я не знаю подробностей. Только то, что твой план провалился: он решил, что это твой номер на стакане. Пошёл за тобой сказать, что на него такие подкаты не действуют. Так вы и познакомились.

— Если не действуют, то почему он его не выбросил… – задумчиво произношу я, рассматривая стакан.

— Боже мой, Сена, это же очевидно, – я перевожу взгляд на Ками. – Ты ему понравилась. Причём настолько сильно, что он до сих пор хранит этот стаканчик как память.

— Или просто забыл выбросить, – опровергаю я её теорию, которая вызывает у меня тахикардию.

— Или ты можешь спросить у него лично. Стоп, ты сказала, что нашла стакан дома? У кого дома?

Я запрокидываю голову и глубоко вздыхаю.

— Камилла, Курт Максвелл – лучший друг мужа моей сестры. Сейчас я живу у него и совершенно не понимаю, в каких мы были отношениях до моей амнезии.

— Тогда поезжай домой и выясни! Наверняка этот стакан – не единственная подсказка, которую можно найти в его квартире. – настойчиво предлагает Ками, толкая меня плечом в подбадривающем жесте.

— Спасибо небесам за гениальных подруг!

— Главное, держи меня в курсе. Твоя жизнь теперь мой любимый сериал, – смеётся она и горячо обнимает меня на прощание.

Я вызываю такси и возвращаюсь в квартиру. Как только захожу внутрь, сразу включаю режим сыщика. Мне не стыдно копаться в личных вещах Курта. Во-первых, он сам виноват: слишком много от меня скрывал. А во-вторых, я больше не могу просто сидеть и ждать, пока память ко мне вернётся. Я хочу знать всё, что со мной произошло в этом городе.

Курт.

Я больше не задерживаюсь на работе, спешу домой как самый примерный семьянин, хоть у меня нет ни жены, ни девушки, а только взбалмошная соседка, выворачивающая меня наизнанку каждый раз, когда забывает натянуть на себя лосины и ходит в одних огромных майках, сверкая обнажёнными ножками.

Но это лучше, чем ничего.

За время нашего совместного проживания у Сены было пару вспышек с воспоминаниями, после которых она задаёт вопросы, а я терпеливо на все отвечаю. Мы продвигаемся медленно, но верно – психолог говорит, что это самый безопасный и оптимальный способ восстановления. Сначала короткие фрагменты, потом отдельные сцены, а дальше память по лоскутам соберётся в единое полотно.

Квартира встречает меня непривычной тишиной. Обычно Сена слушает музыку и занимается растяжкой посреди комнаты, пробует что-то приготовить или просто смотрит фильм, закинув ноги на изголовье дивана. Это, кстати, ещё одна её привычка, заставляющая меня захлёбываться от желания раздвинуть её ноги и трахнуть прямо посреди гостиной.