Книга Сердце на льду, страница 188 – Анна Эйч

Звук хлопнувшейся двери резонирует по квартире. Слышу, как она нервно стягивает ботинки, а затем уверенные шаги приближаются ко мне. Вот она стоит передо мной: руки упёрты в бёдра, взгляд способен испепелить меня заживо.

— У нас был секс! – ещё раз заявляет она, словно выносит окончательный приговор.

Нерешительно киваю.

— Ты был во мне! – произносит она будто обвиняя.

— Можно и так сказать…

— И ты сделал это… то есть, там у меня уже всё… как бы… распаковано, да?

В нашем диалоге нет ни грамма чувственности. Она ведёт допрос так, будто планирует отчитать меня за съеденный без спроса йогурт. Воздух между нами наэлектризован, но совсем не тем напряжением, на которое я рассчитывал.

— Если ты хочешь знать, дошли ли мы до конца, то ответ положительный, – ровно отвечаю, сдерживая неуместный смех. Сейчас точно не время улыбаться, когда она в бешенстве от потерянных воспоминаний.

Я, если честно, тоже не в восторге от этой ситуации.

— Как это было? – следующий вопрос бьёт точно в цель, и я чувствую предательскую реакцию своего тела.

Открываю рот, готовясь к признанию, но Зефирка меня опережает.

— Пожалуйста, скажи, что это было отвратительно.

— Это было… отвратительно, – безжизненно повторяю за ней, не в силах придать голосу хоть каплю убедительности.

— Чёрт! – в отчаянии Сена плюхается на диван рядом со мной и зарывается пальцами в волосы. Серебристый отблеск настольной лампы играет в её растрёпанных прядях. – Ты ужасный актёр!

— Извини, мне стоило порепетировать, – отвечаю с лёгкой улыбкой, надеясь, что она больше не злится.

— Значит, ты должен повторить!

— Что повторить? – беспечно уточняю, не поспевая за хаотичным потоком её мыслей.

— Мой первый раз повторить! – вскакивает Сена, огорошивая меня своим заявлением. – Олимпиаду второй раз я выиграть не смогу, а потерять эмоциональную девственность вполне реально!

Эта безумная девушка сведёт меня в могилу. За каких-то пару часов она умудрилась меня возбудить, послать, рассмешить и раз пять шокировать до предынфарктного состояния. Я не в том возрасте, чтобы выносить такие агрессивные эмоциональные качели.

— Сена, мы можем не спешить, пока…

— Пока что? Пока не вспомню тебя? – в её голосе слышится горечь, смешанная с вызовом.

Не отвечаю, лишь трясу головой, пытаясь избавиться от накатившей усталости. Комната словно сужается, оставляя только нас двоих в пузыре недосказанности.

— Ты правда этого хочешь? – задаю последний вопрос джентльмена, перед тем как послать все условности к чертям и сделать её своей.

— А ты?

— Больше всего на свете, – не задумываясь признаюсь я.

— Тогда мне всё равно, что я тебя не помню, потому что моё тело и сердце помнят тебя слишком хорошо.

И вот мы снова дошли до точки невозврата. Делаю шаг к ней навстречу, невесомо поддеваю пальцами её розовый худи и накрываю ладонями горячую кожу. От этого прикосновения по телу пробегает электрический разряд, возвращая все чувства, которые я так старательно пытался подавить.

— Больше никаких разговоров, – приказываю, не узнавая собственный голос. – Я говорю – ты подчиняешься.

— А если нет? – в её глазах вспыхивает огненный интерес, пробуждая во мне первобытные инстинкты.

— Я буду трахать тебя, пока не отключишься.

— Мне подходит, – дерзко заявляет она, облизывая нижнюю губу.