Книга Сломай мой лед, страница 175 – Анна Эйч

Скажете, романтично? А, я скажу глупо! Человек вообще не считает деньги и свое время. Хотя я могу возмущаться сколько угодно, но в глубине души я, конечно, превратилась в розовую лужицу из сентиментальных девчачьих грез.

За какие заслуги достался мне этот мужчина? Наверно, в прошлой жизни я спасала бездомных собак или была Матерью Терезой.

Следующее наше свидание уже было в Канаде, Картер вывернулся на изнанку, но устроил нам с сестрой просто незабываемый уикенд. На самом деле я понимала, какие он преследует цели, он не говорил, но я чувствовала, что Картер ненавязчиво демонстрирует мне Торонто как возможный город для переезда. Мой мужчина не давил на меня, и даже не намекал, он просто превращал каждый наш день в незабываемый. А что касается Ксю… Так это отдельная история. Она для него стала как дочь или младшая сестра, о которой он всегда мечтал и получив теперь балует ее и поддерживает все самые бредовые идеи. Когда они вместе что-то замышляют, я чувствую себя матерью двух неконтролируемых подростков.

Сейчас середина декабря, Ксю на сборах и я решила воспользоваться моментом и отвезти Картера в свое секретное место силы. На самом деле, я хотела предложить слетать туда еще летом, но найти хотя бы три свободных дня не представилось возможным.

— Не скажешь? – Картер снова заводит свою шарманку. – Хотя бы намекни? Это где-то, где очень холодно, верно?

— Да, но по данному признаку можно вычеркнуть только Сочи и еще парочку городов – смеюсь, и продолжаю щелкать радио в поисках подходящей песни.

— Ты сказала, что мне это понравится, потому что с одной из достопримечательностей я знаком с детства?

— Да – киваю, упиваясь его муками.

— Элли я не понимаю! Что там может быть? Шоколадная фабрика Вилли Вонка?

— Почему она?

— Потому что я в детстве мечтал ее посетить.

Я заливаюсь смехом, осознавая, что мой сильный накаченный парень, питающийся исключительно здоровой и сбалансированной едой, на самом деле в прошлом сладкоежка.

— Это так мило, медвежонок!

— Не отвлекайся! – Картер отмахивается от моего прозвища, которое я использую, по большей части, чтобы его побесить.

— Что там? Диснейленд? – гадает он уходя, совершенно в другую степь.

— Нет, и откуда мне знать, был ли ты там когда-нибудь.

— Был, а ты?

— Смеешься? Я знаю, о нем только по заставке из мультфильмов.

Я не раз рассказывала Картеру об особенностях детства в 90-е: про рынки и примерку одежды в минус тридцать на картонке, про игры с карбидом во дворе, любовь ко всему западному и новому, из-за чего новая кепка, игрушка или незначительная безделушка делали тебя самым крутым во двое. И хоть для Картера это все звучало как описание к сценарию фильма ужасов, для меня это были лучшие воспоминания, несмотря на то, что мое детство я почти все провела на льду стирая в кровь ноги в неудобных старых коньках.

— Судя по тому, что ты мне рассказывала я вообще удивлен, что ты выжила – смеется Картер вспоминая мои страшилки.

— Да, меня жизнь закалила, а вот ты из русской Тайги можешь и не вернуться…

— Тайга? – Картер резко поворачивает на меня голову впиваясь испуганным взглядом.

Я снова не могу сдержать разрывающего грудь смеха, обожаю его дурачить. Картера столько всего шокирует в России, что теперь он верит в любую чушь, не понимая сразу, шучу я или говорю правду. Последний раз мне с Интернетом на пару, пришлось доказывать ему, что в конце 80-х мы правда варили джинсы.